Кэролайн почему-то вдруг нахмурилась и с явным раздражением проговорила:

– Несомненно, мистер Фрейзер. Именно так я и считаю, пусть даже мой отец частенько посмеивается надо мной.

– Простите, мэм, но я не вижу ничего особенного в том, что вашей суке случилось произвести на свет щенят в ту ночь, когда появился на свет ваш сын.

– Даже если это была бездомная сука, прокравшаяся в ту ночь в наш сарай, чтобы ощениться?

Джед пожал плечами:

– Если уж я играю роль адвоката дьявола, то да – нет ничего необычного в том, что собака искала укромное место, чтобы дать жизнь потомству.

– Нет-нет! – воскликнула Кэролайн. – Вовсе не потомство, а один-единственный щенок. Она родила его и умерла. Так что же, мистер Фрейзер, вы и теперь скажете, что в этом не было ничего необычного?

Джед пожал плечами:

– Очевидно, она была больна и не смогла выдержать роды. Я не ветеринар, но я вырос на ферме, где постоянно рождались животные. И единственный случай, когда, как мне помнится, сука принесла только одного щенка, объяснялся тем, что остальные были мертворожденными.

Тут коляска наконец-то подъехала к крыльцу и остановилась.

Джед подал Кэролайн руку, и она, ступив на подножку, одарила его ослепительной улыбкой.

– И все-таки, мистер Фрейзер, я абсолютно уверена в том, что Баффер появился на свет не без участия Провидения.

– Если вы хотите сказать, что… – Джед умолк, потому что Кэролайн, уже не слушая его, входила в дом.

Он последовал за ней и невольно обернулся, услышав лай, доносившийся из сарая. Джед любил собак, и еще ни разу не было случая, чтобы собака не приняла его. Предупредительный щелчок по носу? Возможно. Но очень скоро этот пес будет есть из его рук.

Едва добравшись до своей спальни, Кэролайн в отчаянии бросилась на кровать. Зачем отец пригласил сюда этого человека?! Чем дольше он будет оставаться рядом с Гарретом, тем больше опасность, что он догадается. Фрейзер слишком умен, чтобы не начать сопоставлять факты. А если учесть, что его братья живут неподалеку, результат будет пагубным.

Встреча с Джедом Фрейзером воскресила в памяти все, что произошло в Виргинии, и теперь она снова потеряет покой.

Кэролайн тяжело вздохнула. О, как же она ненавидела ту жизнь! Большинство девушек игнорировали ее, не приглашали на чаепития и вечеринки, считая замкнутой и далекой от жизни книжницей. Разумеется, ей вовсе не хотелось посещать их глупые сборища, и ее ужасно раздражала бесконечная болтовня девушек о прическах, лентах и оборках. Но все-таки было обидно, что никто ее не понимал.

Что же касается книг, то они никогда ей не надоедали. Книги переносили ее в другие времена, в другие места, из них она узнавала очень много нового и интересного, узнавала о жизни то, чего никто не мог бы ей рассказать.

Из всех ее знакомых только Фрейзеры были с ней дружелюбны и вежливы. Наверное, они даже не знали, как ее зовут, но все-таки, проходя мимо, приподнимали шляпы.

Все братья Фрейзер были красавцами как на подбор. И не было в округе ни одной девушки, которая не заглядывалась бы на них.

А сейчас, с появлением Джеда Фрейзера… Ах, неужели он обо всем догадывается?!

Кэролайн старалась сдержать слезы, но все же, не выдержав, расплакалась. То и дело всхлипывая, она колотила кулачками по подушке. Ах, как больно! Как же ей больно!

Она всегда считала себя ужасно неловкой и непривлекательной, поэтому и избегала общества. Правда, в последнее время ее душевные раны зарубцевались, но с появлением Джеда Фрейзера они снова разболелись.

А за ужином отец сказал ей:

– Моя дорогая, у меня есть приятная новость. Мистер Фрейзер согласился остаться у нас еще на день.

– Но это невозможно! – не удержалась Кэролайн.