Леди Гамильтон продолжала нетерпеливо стучать в дверь.

— Милорд, с вами все в порядке? Если вы сейчас же не откроете, я немедленно пошлю за вашим слугой и доктором.

Нельсон покачал головой, поборов желание вернуть Данверса, просигналить «Сибарису» приказ подойти к берегу и положить конец всей этой шараде.

Но он не мог так поступить. Шла война, и он должен был обнаружить, кто из его офицеров продает секреты французам.

Сейчас капитан Данверс был самым большим секретом Нельсона… и его лучшим оружием.

— Я прикажу принести ключ, если вы не откроете дверь, — сердито произнесла леди Гамильтон.

Нельсон улыбнулся деревенскому акценту в ее речи, который проявлялся, когда Эмма была раздражена или взволнована. Он пошел к двери, прихрамывая от ноющей раны в ноге, и распахнул дверь.

— С кем это вы закрылись? — требовательно спросила леди Гамильтон, вплывая в комнату и оглядывая все вокруг в поисках соперницы.

— Я был один, — ответил он.

— Вы очаровательный человек, Горацио, — сказала она, — но плохой обманщик.

— Если я скажу, что это было государственное дело, вы больше не будете задавать вопросы?

Леди погладила его по щеке своей изящной ручкой.

— Нет. Вы слишком много работаете, любовь моя. Вы должны отдыхать, чтобы набраться сил.

— Требуется еще столько сделать для Англии.

— Англия переживет эту ночь без вашей опеки, — прошептала она, шагнув в его распахнутые объятия. — Особенно когда вы можете столько сделать для меня.

Нельсону были приятны ее забота и любовь. Это была его Эмма, его дорогая девочка. Она давала ему столь необходимую передышку от тяжелых обязанностей и ответственности, грузом лежавших у него на сердце.

Как и лорд Данверс.

— Спускайтесь вниз и развлекитесь вместе с нами, — сказала она, немного отодвигаясь и улыбаясь ему. — Эти секретные встречи отнимают у вас слишком много сил.

— Почему вы считаете, что у меня была секретная встреча?

Она оглядела комнату.

— Ваше кресло повернуто вон к тому, — пояснила она, указывая на другое кресло в комнате. — А если бы вы работали над бумагами, как вы сказали, с вами был бы ваш помощник мистер Тайсон. Кроме того, вы потребовали, чтобы вас оставили одного и не беспокоили. Отсюда я заключаю, что у вас прошла личная встреча. — Она внимательно оглядела его. — И она была грустной, потому что вы выглядите так, словно отправили кого-то на эшафот.

— Или на виселицу.

— О, это ужасно. Вы себя слишком сурово судите.

— Ничего подобного, миледи, — произнес он, следуя за ней к гостям.

«Я сделал нечто гораздо худшее, — подумал он. — Я послал друга на смерть от руки предателя».

Две недели спустя

Сжимая ветхие простыни, Джорджи извивалась и металась во сне. В отдалении кто-то спорил, слова были неразборчивы, но голоса очень знакомы.

Она изменила положение, пытаясь разобрать, о чем они говорили.

«Я ухожу, Бриджит. Я должен сделать это. Я обещал ей, что буду там сегодня ночью. Если меня там не окажется…»

«Папа, нет!» — пыталась закричать Джорджи. Ее ноги бились о спинку гостиничной кровати, словно она крутила педали, пытаясь нагнать удаляющуюся фигуру, затерянную во мгле ее ночного кошмара, быстро пожираемую языками пламени.

Прозвучавший где-то в темноте пистолетный выстрел разбудил Джорджи. Постельное белье было мокрым от пота, а руки так крепко сжимали простыню, что костяшки пальцев побелели.