Он опустился на колени рядом с телом мага. В том, что это именно тело, сомнений не оставалось. Смерть запечатлела на губах айна прощальную, полную печали, улыбку.

Закопав тело в песок, Истарх постоял немного, глядя на море – могилу для экипажа его корабля, а затем решительно зашагал прочь от берега. Его ждал долгий путь, через горы, через лес. За спиной стихал, оставаясь в прошлом, неумолчный ропот моря.

Сановник

– Это невозможно, командующий! – Кормак, молодой маг, стоял, уперев руки в бока, и взгляд у него был злой‑презлой.

– Нет, вполне возможно, – спокойно ответил Айлиль, глядя на то, как слуга седлает лошадей.

– Вы не можете бросить войска в разгар войны! – в голосе юнца звучали гнев и возмущение.

Айлиль повернулся к разгневанному магу, нахмурился:

– Во‑первых, не ори, сопляк, – сказал он тихо, и Кормак сразу осел. – Я старше тебя по происхождению, по возрасту и по чину. Во‑вторых, твои слова о «разгаре войны» – просто бред. Началась распутица, и придется ждать, пока не сойдет снег. Приказ о прекращении боевых действий ты сам передал мне сегодня утром. Ведь есть такой приказ?

– Есть, – не сдался маг. – Но в нем ничего не сказано...

– Не перебивай, – поднял Айлиль руку. – Меня на время отсутствия заменит Ангус из клана Ныряющих в Облаках. Он опытный командир, и я снабдил его подробными указаниями.

Айлиль отвернулся. Подошел Ангус, грузный, тяжелый. Нос, похожий на репу странно сочетался на его лице с по‑детски яркими, голубыми глазами.

– Собрался? – спросил он басом.

– Да, сейчас поеду, – ответил Айлиль лениво. – Важные дела ждут меня в столице. И, повернувшись к магу, добавил: – А ты чего стоишь? Свободен!

Побагровев от ярости, Кормак коротко поклонился и исчез.

– Что такое? – Ангус вскинул брови.

– Пусть не подслушивает! – отрезал Айлиль. – Следи за ним хорошенько!

– Как я могу следить за магом? – изумился воин.

– Вот уж постарайся. А то он молод и горяч, может натворить лишнего.

– Ладно, попробую, – Ангус нахмурился. – Легкого тебе пути.

– Счастливо оставаться!

Айлиль вскочил в седло, помахал рукой и выехал со двора. За ним, смеясь и переругиваясь, двигались двое слуг.

Купец

После раскаленной пустыни идти по горам оказалось неожиданно холодно. Не скрипел под ногами оранжевый песок, лишь камни переругивались противными голосами из‑под подошв. Знойный ветер не сушил тело, отбирая последнюю влагу. Дуновения с вершин вызывали озноб, заставляли плотнее кутаться в одежду.

Несмотря на непривычные условия, Мбома шагал уверенно и достаточно быстро. Вершины, что изначально поражали грозной мощью и высотой, оказались вполне проходимыми. По не очень крутым склонам зул добрался до пояса снегов. Во время купеческих странствий Мбома видел снег, и белое холодное вещество не произвело особого впечатления.

Среди снега бесстыдно выставляли голые блестящие тела ледники, застывшими водопадами низвергаясь в пропасти. Их Мбома старался обходить, первое знакомство со льдом закончилось драматически. Ноги разъехались, и зул брякнулся, болезненно приложившись спиной. Падение вызвало вспышку ругательств. В тишине горного воздуха ответило столь причудливое эхо, что Мбома испугался и замолчал. Так и шел далее, молча.

Вершины он достиг как‑то совершенно буднично.