Дорога шла под уклон. На самом дне огромной котловины, по пологим склонам которой спускались сейчас люди, и лежит Сиреневое озеро. По расчетам Родомиста, до него осталось не менее тридцати верст. Но расстояние это еще надо пройти.

Первое нападение случилось с воздуха. Сотни крошечных верещащих существ, более всего похожих на воробьев, ринулись на путешественников с вершин деревьев. Вместо клювов у них оказались иголки, похожие на огромные пчелиные жала. Трудно сказать, от кого произошли эти пташки, кого искалечила злая магия? Но размышлять оказалось некогда, Родомист скомандовал: Лица прикройте. Летуны ядовиты, но зимнюю одежду не прокусят».

Все быстро выполнили приказ, а маг нанес по нападавшим удар. Времени качать Силу из внешних источников, как всегда в бою, не оказалось, и он прибег к собственному резерву. Зачерпнул, выкрикнул Слово огня. Пальцы сплелись в замысловатую фигуру. Но в этот раз магия подвела. Раздался такой грохот, что у мага заложило уши. В земле, саженях в трех от людей, образовалась дыра вершков десяти в поперечнике, куда мощным, неведомо откуда взявшимся потоком воздуха и затянуло отчаянно верещащих ядовитых воробьев.

«Нда, ловко ты их!» – сказал е восхищением Хорт, глядя на дыру, что медленно затягивалась, словно отверстие от пальца в сметане. Родомист лишь улыбнулся. Цель достигнута, а то, что немного не так, как хотелось, так какая теперь разница.

По густому лесу, перемежаемому редкими полянами, шли гуськом: Ратан – первым, затем Хорт, Леслав и маг – замыкающим. День выдался не по‑зимнему теплый, солнце жарило так, что полушубки пришлось расстегнуть. Или это только в Темном, лесу погода чудит так, что в месяце Оленя ходишь мокрым от пота?

Когда от тепла совсем размякли, случилась вторая неприятность. Рухнули два дерева впереди. Знакомая черная пыль поднялась в воздух. Убежать не удалось. Почти сразу начали падать деревья с боков и позади путешественников. Черная туча надвинулась со всех сторон, закрыла невысокое светило.

Маг выругался. Запасы Силы после Темнолесья придется восстанавливать долго, но кроме магии, сейчас не поможет ничего. Заклинание ветра, что и ранее давалось Родомисту легко, получилось и на этот раз. Тугие потоки воздуха ударили от него во все стороны, сметая смертоносную пыль, отшвыривая ее прочь. Воздух очистился, солнце засияло вновь.

Воевода

Такого поганого местечка за долгую, полную войн и разнообразных переделок, жизнь, Ратан еще не видывал. Ядовитая пыль, свирепые воробьи, животные, что умеют наводить морок! «Да, начудили маги, маму их через коромысло!» – думал воин, пробираясь сквозь чащу и зорко глядя по сторонам. Привычная тяжесть меча в руке почти не тяготила.

Слева, краем глаза заметил что‑то быстрое, мелкое. Руки отреагировали сами, раньше головы. Меч описал причудливую дугу и сшиб зверька размером с кошку, что, судя по всему, нацеливался в лицо идущему за воином Хорту.

– Ух, гадость какая, – сказал охотник, глядя, как дергается, заливая снег дурно пахнущей жидкостью, зубастая тварь с зеленым гребнем вдоль спины и странными кожистыми крыльями, точнее – крылышками. Такие крылья не поднимут тело в воздух, но при прыжках помогают отменно. В этом, на свое несчастье, только что чуть не убедился Хорт.

– Так, это уже серьезнее, – оторвал Ратана от размышлений голос Родомиста. Воин посмотрел туда, куда указывал маг, и нервно вздрогнул. Стоявшее под высоким деревом существо казалось очень похожим на Гологолового, представителя того из Семи Племен, что живет на дальнем юге. Такая же темная кожа, голый череп, но на этом сходство заканчивалось. Носа существо не имело вовсе, на его месте мерзко трепетала какая‑то мокрая пленка. Вместо рта обнаружился безгубый и беззубый провал, а глаза походили на гляделки насекомого: огромные, фасетчатые.

Прежде, чем кто‑либо из людей успел дернуться, существо издало резкий крик и скрылось в чаще.