Мясник. Это мясник из Саратеи. Яузнаю его голос. Если бы я знала, я бы не позволила его впустить. Что от меня понадобилось этому болвану?

Королева лежала, устремив взгляд к потолку, вытянув руки вдоль тела, и казалась вдвое старше. Она была так бледна, что становилась похожей на мертвеца.

— Вам плохо?

— Чего вы хотите? — перебила королева, не повернув головы. Альмар взял стул и сел рядом с кроватью.

— Я пришел предостеречь вас, Амина.

Так я и знала, это ловушка. Это Эоган послал его. Я не должна позволить ему себя провести. Не надо его слушать. Это предатель. Может быть, это сам переодетый Эоган. Да, это он, точно. Вернулся из страны мертвых, чтобы мстить.

— Предостеречь от Алеи, — продолжал мясник, придвинувшись ближе.

— Алеи?

Амина медленно повернулась к Альмару. Теперь она узнала его. Он был такой же толстый и безобразный, но что-то в нем изменилось. Его взгляд.

Это глаза Эогана. Это не мясник. Что могло бы здесь понадобиться мяснику? Нет! Я точно знаю, это король. Это смерть пришла за мной.

— Вы не должны были бросать ее, Амина.

Это ловушка. Он лжет. Я ее не бросала. Алеа — моя лучшая подруга.

— Вы уехали из Саратеи и оставили ее одну. Она так и не простила вам этого.

Я не могла иначе.

— Но вы не знаете всего, Амина. А я знаю. Она хотела, чтобы вы были только с ней. Поэтому и не простила вам отъезд. Вы были смыслом ее жизни. Это она убила вашего отца, потому что не хотела ни с кем делить вас, Амина.

Это ловушка. Ловушка, ловушка, ловушка! Алеа не убивала моего отца. Нет! Она была моей лучшей подругой.

— Да, моя королева, это Алеа убила вашего отца. Алеа. Потому что хотела, чтобы вы были только с ней. А потом вы уехали. И Алеа разозлилась на вас…

Он лжет. Я не могла иначе.

— С каждым годом становилось все хуже. Она потеряла рассудок. У нее было одно на уме. Отомстить. Отомстить вам.

Замолчи, Эоган! Замолчи! Я знаю, что это ты!

— А теперь у нее есть для этого средства. Теперь она может вас убить!

Это ты хочешь меня убить, Эоган! Предатель! Алеа была моей лучшей подругой! Ты лжешь!

— И потому вы должны меня выслушать, Амина, я пришел предостеречь вас, потому что я знаю… Я один могу вас спасти от Алеи…

Замолчи! Оставь меня!

— Она хочет убить вас, Амина…

Замолчи!

— Прикончить вас!

Королева вдруг с воплем подскочила в постели. Ее глаза налились кровью. Трясясь всем телом, она бросилась на мясника.

— Замолчи! — взвыла она, хватая его за горло.

Альмар повалился со стула. Падая, он попытался ухватиться за маленький столик у кровати, но только увлек его за собой и тяжело рухнул на мраморный пол. Но Амина не ослабила хватки. Ее пальцы сдавили его шею, она пыталась его задушить, ее глаза сверкали ненавистью и безумием.

Мяснику стало нечем дышать, и он принялся отбиваться. Он не чувствовал боли, но знал, что если не вдохнет воздух, то может умереть. А если он умрет, то не исполнит волю Хозяина. Он должен справиться. Но злоба королевы удесятеряла ее силы, и Альмар не мог вырваться. Внезапно, пытаясь подняться и опираясь на пол, он нащупал что-то острое. Наверно, осколок разбитой вазы, упавшей со стола. Ни секунды не раздумывая, он схватил черепок. Сжал его — так, что порезался, но не почувствовал этого. Он поднял руку и яростно, со всей силы ударил королеву в шею. Кусок фарфора глубоко вонзился в горло Амины, она повалилась на бок. Альмар встал на колени, повернулся к королеве и снова ударил. Острый конец пронзил глаз жертвы до самого мозга. Королева мгновенно испустила дух, ее лицо залило кровью. Но Альмар, ничего не соображая, продолжал бить.