|
— Там жарища стояла, поэтому, наверное, лента на одном моем запястье ослабла, и я выпростала руку, а рядом валялись всякие инструменты. Я дотянулась до ножа и уж им разрезала все остальное. — Что делали похитители, когда это происходило? — Они… Они куда-то отошли, — соврала она. Паз понял это сразу, но указывать ей на ложь не стал. Он ушел из палаты и отирался с Амелией на детской площадке, пока не вернулась Лола. С большущим пакетом для покупок в руке и выражением «Не спрашивай ни о чем» на лице она исчезла в комнате Дженни Симпсон, а вскоре после этого на кресле-каталке из лифта выкатился Роберт Цвик. — Ага, нога, вижу, цела, — заметил Паз. — Как себя чувствуешь? — Да так себе. Ты собираешься отвезти меня домой? — Может быть, придется немного задержаться. Мне надо кое-что проверить в связи с полицейским расследованием. Насчет мистического ягуара, о котором шел разговор. — Могу я поехать с тобой? — А ты хочешь? Я спрошу. Моралес уже говорил по сотовому телефону, когда Паз окликнул его: — Эй, Тито, Цвик тоже хочет двинуть туда с нами. — Нет, — сказал Моралес. — Он самый сообразительный малый в мире. Если дело окажется запутанным, он может основательно нам помочь. — Нет! — отрезал Моралес, продолжая разговор по сотовому. — Это значит «да», — заявил Паз. Отрядив пару копов из полиции Майами приглядеть за больницей и Дженни Симпсон, Моралес посадил Паза с Цвиком в свою машину и погнал к тому месту, которое описала девушка, — темно-желтому блочному строению на юге Дикси, рядом с Восемьдесят второй улицей, с большой надписью на фасаде «СДАЕТСЯ ВНАЕМ». Гофрированные стальные двери, за которыми находилась ремонтная секция гаража, были опущены и заперты, но дверь гаражного офиса осталась открытой, и стоило подойти к ней, как даже снаружи они услышали мерзкое жужжание, являющееся в Южной Флориде верным признаком беды, и учуяли бьющий в ноздри густой сладковатый запах. Пройдя через офис, где работал оставшийся не выключенным телевизор, они прошли в сервисный отсек. Моралес нащупал на стене выключатель. Это походило на сцену из телевизионного детектива — тучами вьющиеся над лужами крови мухи, разбросанные по полу красные клочья мяса, которые, впрочем, трудно было разглядеть из-за облепившей тело и все растерзанные ошметки кишащей массы тараканов. Как только зажегся свет, сотни этих тварей, потрескивая жесткими надкрыльями, поднялись в воздух. Трое мужчин сжались и инстинктивно нелепо замахали руками, а Цвик, резко развернувшись, с удивительной прытью заковылял к выходу. Спустя мгновение они услышали, как за дверью его выворачивает наружу. — По крайней мере, он не заблевал нам место происшествия, — кисло произнес Моралес, мимоходом стряхивая с рукава огромного таракана. Люди, неспособные привыкнуть к тому, что по ним ползают здоровенные летучие тараканы, в детективах убойного отдела полиции Майами долго не задерживаются. — Боже мой, это похоже на… Слушай, это ошметки одного и того же парня, или тут раскромсали еще и другого? — Думаю, другого. Пойдем посмотрим. Моралес пошел первым, беспрерывно, словно ополоумевший адский дирижер, отмахиваясь от насекомых. — Дай-ка сюда свой фонарик, — попросил Паз. |
