Дебора Мей. Ночная фиалка
1
Париж. 1827 г. Старая лестница шаталась и дрожала, предупреждая о том, что может в любой момент рассыпаться на части. Мишелю было страшно, но он знал, что должен во что бы то ни стало добраться до чердачной балки и спрятать там доказательства совершаемых в этом доме преступлений. Они были дороже всех сокровищ мира. Когда-нибудь… когда-нибудь он обязательно вернется сюда и достанет эти сверкающие миниатюрные ножички, украшенные затейливым вензелем «NM». И тогда все узнают, какое чудовище скрывается под личиной добропорядочного человека. Еще пара мгновений — и медицинские инструменты, завернутые в старую холстину, были надежно спрятаны. Вздохнув с облегчением, мальчик спустился вниз и подошел к окну. Вид, открывающийся отсюда, был ужасен — старые крыши обветшалых домов самого мерзкого района Парижа. Душный запах окутывал окрестности, и обитали здесь грубые люди в неопрятных одеждах. Мишель прожил на этом свете очень мало, но ему довелось увидеть совершенно другие дома, полные роскоши и богатства. Впрочем, и в тех особняках он не чувствовал себя счастливым. Кровь, слезы, обида и позор окружали его, наверно, с самого рождения. Он не знал, кто он, и почему оказался в доме маркиза. Но мальчик помнил, как его привезли в дом, где он теперь жил. — Маркиз обманул меня! Он обещал оплатить все мои опыты, и так глупо умер, — доктор Николас Моро каждое утро начинал с этих упреков. — Я рассчитывал, что он сможет еще пару лет обеспечивать меня необходимым товаром и деньгами… Дурак! Не мог прожить подольше. Но ничего, его приятели точно так же мечтают продлить свою молодость и обязательно обратятся ко мне. Если каждый из них создаст приют для маленьких бродяжек, то я буду обеспечен необходимым материалом очень надолго. К тому же у меня есть чем их припугнуть. Эти толстосумы не захотят позора и принесут мне свои звонкие монеты. А ты, ангелочек, понадобишься мне совсем для другого. Ты слишком хорош для того, чтобы выпустить из тебя кровь или сделать игрушку для этих сластолюбцев. Нет, я согласен с покойным маркизом — тебя следует растить, холить и лелеять, чтобы со временем ты превратился в настоящее сокровище. Ты станешь моим орудием для вскрывания их мешков с деньгами, моим золотым тельцом… Нельзя сбрасывать со счетов и то, что по достижении совершеннолетия ты сможешь претендовать на наследство покойного маркиза. Его вдове придется поделиться с тобой, а точнее — со мной. Мальчик мало что понимал в этих речах, но хорошо знал, что является таким же живым товаром, как и все остальные дети, которых приводили в этот дом. Разница только в том, что его самого решили принести в жертву немного позднее. От него не скрывали ничего — ни ночных оргий, где крики и плач детей перемешивались со смехом знатных подонков, ни дневных опытов за хирургическим столом, ни купания стареющих мерзавцев в ваннах, полных крови…
2
1845 г. Мир тишины и мрака окутал его сознание, ему не мешало даже дыхание ветра, выскользнувшего из-за портьеры. Стальные глаза стали отрешенными, а по лицу, полному ночной тайны, скользили отблески огня и тьмы. Поразмыслив, он решительно отставил в сторону черную краску. Сажа весьма неудобна для маскировки лица — в случае непредвиденных обстоятельств от нее невозможно будет избавиться. Вместо этого он надел маску цвета антрацита с узкими прорезями для глаз. Затем облачился в темный костюм, натянул высокие мягкие сапоги и в довершение всего укутался в черный плащ с капюшоном, окончательно слившись с полночным мраком. Приблизившись к раскрытому окну, он впустил в себя темноту ночи и через мгновение растворился во мраке.
Резкий толчок заставил Виолу очнуться ото сна. Неясное чувство тревоги заставило девушку вновь вздрогнуть. |
