— Председатель убыл в город, — был короткий ответ. — Гражданин, не пойму, что вы так волнуетесь. Дама ведь может пройти. Если вы действительно здесь проживаете, пусть она мне принесет любой ваш документ с фотографией, и я вас пропущу.

Полагаю, в первый момент Ливанцев собирался его задушить. Затем, видимо, взвесив последствия, решил повременить и, отведя меня в сторону, сказал:

— Настя, делаем так: берете мои ключи. — Он протянул мне связку. — Этот ключ от верхнего замка, а этот — от нижнего. Остальные ключи вам не нужны. Откроете дверь, и тут же снимаете квартиру с охраны. — Он заставил меня записать номер телефона и то, что я должна сказать диспетчеру и какие кнопки в каком порядке нажать на пульте. — После этого идите в мою спальню. Там над рабочим столом висит картина. За ней найдете сейф. — Тут Ливанцев помялся, но потом обреченно махнул рукой. — Ладно, записывайте шифр.

— А поближе у вас ни одного документа нет? — поинтересовалась я.

— Все украли. Остался один военный билет. А он в сейфе. По крайней мере, мне так кажется. Если не обнаружите военный билет, несите мобильник. Он лежит на столе. Слава богу, в нем записная книжка продублирована. И одежду из шкафа прихватите поприличней. Это тоже, если военного билета не отыщите. В противном случае не мучайтесь. И мобильник мне свой оставьте. Если возникнут проблемы, звоните. Ну, Настя, с Богом.

— Возможно, за это время кто-нибудь выйдет и вас опознает, — сказала я.

— Сомнительно. Я тут почти ни с кем не знаком. Кроме председателя. Да и внимание привлекать не хочется.

— Ясно. Конспирация превыше всего.

С проникновением в ливанцевскую квартиру я справилась на твердую пятерку, и с пультом охраны справилась виртуозно, после чего, наконец-то смогла перевести дух и оглядеться.

Звезда обитала во вполне подобающих ее статусу условиях. Правда, можно было ожидать и большей роскоши, тем не менее квартира оказалась приличной, просторной, хотя и всего-навсего двухкомнатной. Огромная гостиная, объединенная с кухней. Чистота стерильная. Кажется, жили здесь мало, а гостей принимали еще реже. Спальня была поменьше гостиной. По одну ее стену тянулся встроенный шкаф. Сдвинув створку, убедилась, что это не совсем шкаф, скорей гардеробная. Шмоток тьма тьмущая! Ладно, с ними потом разберемся. Первым делом следует сейф найти.

Вдоль другой стены расположились широченная кровать и рабочий стол, над которым висел весьма сносной работы московский пейзаж. Попутно отметила: то ли Ливанцев сам в живописи что-то смыслит, то ли это заслуга дизайнера, оформлявшего квартиру.

Осторожно сняв с гвоздя пейзаж, устроила его на кровати. Вот он и сейфик, родименький! Ох, рискует Ливанцев. Неровен час я воровкой окажусь! Вот ведь как вышло: с потрохами влез мужик ко мне в кабалу. Хотя пока, по сути, я у него в кабале. Однако зависит от меня он.

Набрала шифр. Дверца сейфа покорно щелкнула. В голову поневоле полезли шальные и грешные мысли. Правда, в сейфе никаких сокровищ не оказалось. Одни бумаги. Ну-ка, что у нас тут припрятано. Я на мгновение замешкалась. В чужих секретах копаться нехорошо, но это же моя профессия! Как-никак, журналистка! И не взламывала его сейф. Сам попросил туда слазить. И вообще, может, это мой шанс. Проявлю щепетильность, упущу. И потом, мне надо отыскать в этой куче его военный билет.

Успокоив свою совесть, я качала перебирать папочки. Договора какие-то. В них вчитываться времени нет. Вроде какой-то кредит. Ага! Свидетельство о браке! Вот это уже любопытно. Пятнадцать лет назад вступил в брак с некоей Корчагиной Людмилой Дмитриевкой. Очень любопытно! Об этом браке Ливанцев никогда не упоминает. Всегда считалось, что он холостой. Единственной его женой, правда гражданской, числилась Саблина.