Он повернулся и заковылял к выходу. За его спиной вновь раздались жалобные крики насилуемой четырьмя бандитами девушки.

Глава IX

— Кром, ну куда же могла запропаститься эта девчонка?! — глухо прорычал Конан, останавливаясь. Коридоры владений Веледа кишмя кишели набежавшими невесть откуда разбойниками. Теперь они действовали куда хитрее и не лезли очертя голову под удары неотразимого меча в руках Конана.

Дело могло бы принять скверный оборот.

— Быть может, у них тут есть и другие ярусы? предположил Хашдад. — Может, мы просто пропустили вход?

— Если он и есть, то хорошо упрятан, — сквозь зубы промолвил Конан. — Самим нам его не найти. Если только кого-то возьмем в плен и заставим развязать язык.

— Здесь должны быть еще и нижние тоннели, — уверенно заявил кузнец. — Поскольку никакие это не выгребные тоннели, или я вообще ничего не понимаю!

— Гм! — усомнился Конан. — Откуда здесь нижние ярусы — там же все должно быть затоплено дерьмом?

— Многие так и думают, — заметил Хашдад. — Но Велед наверняка припас себе какой-нибудь отнорок!

— Тихо! — Конан сжал плечо спутника. — Сюда кто-то прет… Сейчас мы его и расспросим! — Он хищно усмехнулся.

Этот кто-то оказался здоровенным громилой с коротким и широким мечом, которым удобно орудовать в тесных подземных коридорах.

Не мудрствуя лукаво, Конан плашмя опустил свой меч на голову бандита. Тот глухо охнул и свалился.

— Э, нет, так дело не пойдет, нужно, чтобы ты мог говорить! — Конан слегка пнул упавшего ногой в бок.

Вскоре киммериец уже знал все, что требовалось. Нижний ярус отыскался.

— Ладно, иди, да помни мою доброту! — Конан проводил просунувшегося в темноту бандита добрым пинком. Хашдад уже возился с запором потайной двери. Вниз вели железные ржавые ступени. — Тс-с-с! Тихо! Это здесь!..

* * *

Лиджена пришла в себя. Нагая, она лежала на столе, а напротив нее сидел, усмехаясь, сам император Велед. Больше в комнате никого не было.

— Ну вот, теперь ты мне нравишься, — похожий на крысу человечек удовлетворенно покивал головой. Да, кровь Чесму иногда способна и на что-то сносное. Но это, наверное, все же влияние матери. Ах, Лит, она была так прекрасна! — Он лицемерно вздохнул.

Лиджена застонала. Лит, ее мать, погибла пять лет назад. Велед убил ее своей собственной рукой — зарезал в ее собственном розарии.

— Да, и как жаль, что мне придется расстаться с такой красоткой! — Велед подпер подбородок ладонью и пригорюнился. — Кахал приехал раньше, чем мы ожидали. Он уже здесь, в Бодее. Так что мне теперь остается искать утешение только в вине. Ну-ка? Подай сюда кувшин! Он на столе, рядом с тобой.

Лиджена повиновалась. Подняв неожиданно тяжелый глиняный кувшин, она медленно двинулась к императору.

— НЕТ! — безмолвный крик сорвался с ее губ. Лучше уж слепое ничто, чем участь рабыни!

Велед привольно откинулся в своем кресле, протягивая вперед руку с кубком.

Лиджена приподняла кувшин повыше — как бы для того, чтобы аккуратнее налить вино — и внезапно со всей отпущенной ей силой, удесятеренной отчаянием, она ударила кувшином по голове императора!

Глина разлетелась в мелкую крошку. Вино брызнуло в разные стороны темно-алым веером.

Велед рассмеялся. Остолбенев, Лиджена смотрела, как хихикающий император поднялся с кресла и, протянув сухие ручки, шагнул к ней.