– Нет, не должна. – Она чувствовала, как внутри разливалось спокойствие. – Нет, Сэм, не должна. Это ты должен выслушать меня. Я молюсь каждый день, каждый час, каждую минуту, чтобы ты заплатил за содеянное. Какую бы меру тебе ни определили, этого будет мало. Слишком мало. Сэм, я бы хотела, чтобы ты сидел за решеткой до конца жизни. Только так я смогу справиться с этим.

– Меня выпустят. – У него горело в горле от страха и тошноты. – У копов нет доказательств, им нужна только газетная шумиха. А когда я выйду, то заберу Ливи и начну все сначала.

– Ливи для тебя так же мертва, как и Джулия. Ты никогда ее не увидишь.

– Ты не можешь отнять у меня дочь! – В его глазах сверкнула ненависть. – Я заберу ее и все, что принадлежит мне! Ты всегда завидовала Джулии. Всегда чувствовала себя второй. Ты хотела иметь то же, что она, но тебе это не удастся!

Она молчала, не мешая ему изливать желчь. Его голос отдавался в ушах Джейми уродливым эхом. Она не сводила глаз с его лица и не вздрогнула ни от агрессивного тона Сэма, ни от оскорблений, которыми он ее осыпал.

А когда он выдохся, умолк и сжал кулаки, Джейми спокойно сказала:

– Теперь это твоя жизнь, Сэм. Оглянись вокруг. Стены и решетки. Если тебя когда-нибудь выпустят, ты выйдешь из тюрьмы стариком. Старым, разбитым и сломленным. И в лучшем случае будешь сниматься в рекламных роликах, которые показывают по телевидению поздно ночью. Никто не вспомнит твоего имени. И даже не будет знать, кто ты такой.

Потом она улыбнулась – впервые за все это время, – и в этой улыбке была мстительная злоба.

– В том числе и твоя дочь.

Она положила трубку, не обращая внимания на то, что Сэм колотил в стекло, и безучастно следя за тем, как к нему подошел охранник. Сэм кричал. Она видела, как шевелились его губы, а щеки заливал темный румянец, пока охранник выталкивал его в дверь.

Когда дверь закрылась и лязгнул замок, Джейми шумно выдохнула. И почувствовала, что к ней начинает возвращаться покой.

– Дорогая, где ты была? Я не находил себе места!

– Извини. Я сделала нечто, что должна была сделать. – Она отодвинулась и коснулась его щеки. – Я в порядке.

С минуту Дэвид изучал жену, а потом его глаза прояснились.

– Да, вижу. Что случилось?

– Я сделала нечто, что на меня не похоже. – Джейми поцеловала мужа и высвободилась из его объятий. Она все скажет ему. Но не сейчас. – Мне нужно поговорить с Ливи.

– Она наверху. Джейми, мы говорили с твоим отцом. Я знаю, они хотят забрать ее на Север. Увезти отсюда.

Она сжала губы.

– И ты согласен с ними.

– Да, милая, согласен. Извини меня. Здесь будет форменный ад, и один бог знает, сколько это продлится. Думаю, тебе тоже следует уехать.

– Ты знаешь, что я не смогу этого сделать. Я должна присутствовать на суде. Даже если я им не понадоблюсь, – продолжила Джейми прежде, чем он успел ответить, – я должна буду пройти через это. За себя и за Джулию. – Она сжала его плечо. – А теперь дай мне поговорить с Ливи.

Джейми медленно поднималась по лестнице. Как больно, думала она. Каждый шаг давался с трудом. Просто поразительно, сколько боли может выдержать человеческое сердце. Она толкнула дверь комнаты.

Задернутые шторы и свет, включенный и днем. Еще одна тюрьма, подумала Джейми, закрывая за собой дверь.

Ее мать сидела на полу рядом с внучкой и собирала огромный пластмассовый замок. Вэл подняла глаза и посмотрела на Джейми.

– Ну, как у вас тут дела? – Джейми выдавила улыбку и шагнула вперед.