Билли сжал руками ее вздымающиеся груди и хрипло спросил, прижавшись к ней низом живота:

– Тебе не жалко своего халатика?

Вместо ответа она ухватила его за причинное место.

– Не надо, – выдохнул он. – Нас может увидеть твоя соседка!

– А мне плевать! – воскликнула Лили и, отступив на шаг, распахнула халатик.

Увидев, что трусиков на ней нет, Билли сладострастно охнул и рывком расстегнул молнию на джинсах.

– Иди ко мне, – бархатистым голосом попросил он и, скинув сандалии, моментально стянул с себя штаны вместе с трусами.

Лили проглотила слюну и, с трудом оторвав свой пламенный взгляд от его мужского естества, ответила:

– Нет, это ты иди ко мне!

И они оба тотчас же поняли, что проклятое досье все еще тяготеет над их отношениями.

Их ноги словно бы вросли в землю.

Но Билли поступил как настоящий джентльмен: он смирил гордыню и первый сделал шаг вперед.

– Ты победила! – сказал он, прижимая Лили спиной к забору.

– Я не привыкла проигрывать, – ответила дрожащим голосом Лили, ощущая ногами его бедра, а лопатками доски.

Его рука проскользнула ей в промежность, и ее ноги раздвинулись сами собой. Билли присел и с поразительной ловкостью вошел в ее волшебную пещеру.

Лили с радостью встретила желанного гостя, стараясь не думать о том, сколько раз он уже наносил подобные внезапные визиты другим дамам, с поразительным легкомыслием позволявшим ему шалить прямо в коридоре бара или в дамской туалетной комнате. Билли же, в свою очередь, гнал от себя прочь назойливые мысли о том, как часто она устраивала подобные приемы другим мужчинам и как далеко простиралось ее гостеприимство. Энергичные телодвижения Лили, ее прерывистое жаркое дыхание, горячий нектар, струящийся по ее ногам, а главное – завидная сноровка, с которой она приспособилась к его мужскому натиску, – все это свидетельствовало о ее богатом сексуальном опыте и вызывало у него слепую ярость. Движимый ею, он вкладывал в свои толчки снизу вверх всю свою недюжинную силу и входил в росистое лоно Лили до упора.

– Ах, ах, ах, как я рада, что ты зашел ко мне! – задыхаясь от переполняющего ее ликования, говорила она, более не думая о том, скольким женщинам он уже подарил подобное блаженство.

– Ты моя, – прохрипел он, бесцеремонно сжимая своими сильными пальцами ее тугие ягодицы.

– Да, да, да! – воскликнула она, пронзенная, словно молнией, экстазом.

Билли шумно вздохнул и, слегка приподняв ее, припечатал своими чреслами к доскам забора. Она обхватила ногами его бедра и стала самозабвенно тереться низом живота о его лобок и нефритовый жезл. Билли продолжал развивать свою атаку на ее ворота, готовясь произвести свой завершающий меткий бросок. Его сила была столь велика, что в голове Лили все завертелось и перемешалось, как от удара клюшкой по темечку. Сладостная дрожь пробежала от ее отупевшего мозга по всему позвоночнику и рассыпалась горячими искрами по клеточкам ее тела. Она впилась ему в плечи ногтями и воскликнула:

– Продолжай, милый! Иначе я тебя задушу!

Он улыбнулся, тронутый такой искренностью, и в следующий миг окрестности Бернтсайда вздрогнули от пронзительного крика Лили. Билли даже показалось, что по поверхности воды пробежала рябь. Он самодовольно усмехнулся и, дождавшись, пока ее сознание прояснится, спросил:

– Ты довольна?

– О да! Как всегда, милый! – выдохнула Лили и лизнула ему кончик носа. – А ты?

– Ночь еще молода, – уклончиво ответил он и, подхватив ее рукой под коленями, понес на лужайку.