Он некоторое время вглядывался в нее пытливым взглядом.

– Вы, кажется, весьма равнодушно относитесь к тому, что говорит мать?

– Она могла бы, конечно, делать это более деликатно, по то, что она говорит – увы! – сущая правда. Каждому, у кого есть глаза, видно, что Каролина – потрясающая красавица, а я нет. Это ясно как божий день. – Губы ее дрогнули в улыбке. – Конечно, временами я стараюсь доказать матери, что независимо от внешности я все равно далека от любимицы.

Он сразу же заинтересовался:

– Вот как? Что же вы для этого делаете?

– Вы будете плохо думать обо мне.

– Сомневаюсь. После того, что вы мне рассказали, я не стану плохо думать о вас, даже если вы скажете, что вылили на голову своей матушки целую лохань воды. – Сара, должно быть, сильно покраснела, потому что, едва сдерживая смех, он спросил: – Так вы действительно вылили ей на голову лохань воды?

– Нет. Но не стану отрицать, что подумывала об этом.

– Держу пари, что не раз.

– Почти ежедневно, – сдержанно ответила она.

– Однако вы устояли перед искушением. У вас сильная воля.

– Не совсем так. Я устояла скорее потому, что было трудно поднять слишком тяжелую лохань.

Он рассмеялся, блеснув белыми зубами. Даже глаза его стали веселыми. Эффект был потрясающим.

– Вам не пришло в голову воспользоваться ведром?

– Пришло. Но ведь я пытаюсь всего лишь досадить матери, а не разозлить ее по-настоящему.

– Чем же вы ей досаждаете?

– Это не составляет труда. Я, например, люблю ощущать теплые лучи солнца на лице, поэтому снимаю в саду шляпку, что является преступлением, с точки зрения мамы, потому что моя кожа моментально покрывается веснушками, а это делает меня еще более непривлекательной. А иногда я делаю вид, что неправильно понимаю то, что она говорит. Она возмущается и спрашивает, не оглохла ли я. А я отвечаю, что не слышу, потому что не надела очки.

Он усмехнулся:

– А как вам понравится такое: «Я чувствую запах, я не глухая»?

– Или: «Я не глухая, я это вижу», – подхватила Сара его игру.

– Или: «Я не слепая, я чувствую запах».

Сара рассмеялась:

– Именно так. Мать обреченно вздыхает, возводит очи к небу и бормочет себе под нос то ли ругательство, то ли молитву о том, чтобы Господь послал ей терпения. Не следовало бы смеяться над этим, но мне смешно. Теперь вы знаете мой самый большой секрет: я не очень добрый человек.

– Дорогая мисс Мурхаус, если вам это кажется основанием для того, чтобы считать себя недобрым человеком, то я советую вам пересмотреть свои критерии, потому что в соответствии с ними вы на «воплощение зла» никак не тянете.

– Возможно, это так, но на самом деле моя некрасивая внешность во многих отношениях оказала мне услугу. Поскольку все внимание матери было всегда поглощено Каролиной, мне предоставлялась такая свобода, о какой многие девочки и мечтать не смеют.

– Например?

– Пока мама была занята обучением Каролины танцам и правилам поведения, я могла разгуливать на свободе, не прячась от солнца, рисовать цветы, работать в саду, совершать дальние прогулки пешком и купаться в озере. – Она взяла бисквит и улыбнулась: – Должна вам сказать, что я отличный рыболов, а также ловец лягушек.

Глаза его весело блеснули.