Надо решить раз и навсегда. Но что? Оставаться с ним в дружеских отношениях мне тоже больно, хотя я бы очень хотела.

Просто быть с ним? Рядом, как верная подруга, как цепная собачка? Да мне хочется быть с ним, но ему-то важно быть с Жанной! Я знаю (зачеркнуто) уверена, что рано или поздно его «любовь» пройдет и он вернется ко мне, но захочу ли этого тогда?

Ксюха плеснула кипяток в чашку, вдохнула кофейный аромат, встрепенулась, как хороший рысак перед скачками.

– Господи! Какая же я была дура! – сказала она дрожащему отражению в чашке. Чернильная поверхность кофе все еще колыхалась, и казалось, что та Ксюха, которая внутри, ежится от стыда.

Если кому-нибудь доведется читать ее дневник, первая реакция предсказуема: «Как всегда! Это случалось тысячи раз, и будет случаться впредь. Почему, почему влюбленные продолжают наступать на одни и те же грабли?»

Да, со стороны выглядит банально – стандартная ситуация, что смотрена-пересмотрена в кино и читана-перечитана в книгах. Но это со стороны. С позиции отстраненного критика, который всем готов раздавать советы. Но когда та же самая ситуация происходит с тобой… все меняется. Да, это – грабли, на которые вроде бы и не стоило наступать. Но это твои грабли, собственные. И кажется, что у тебя-то все не так, все по-другому, нельзя же ведь описать бурлящие в душе эмоции и переживания теми же простыми словами, фразами из романов и фильмов.

В книге или в чужой судьбе все кажется простым и преодолимым – мол, окажись я в такой ситуации, не мучилась и не переживала бы.

Советы давать просто – брось его, забудь, не думай… Но как тяжело, оказывается, советовать себе самой!

А кончилось все весьма прозаично. Той же ночью Савка, скорее всего пьяный, прислал ей жутко пошлую SMSку, что-то вроде «нагрей мне кроватку, крошка, и подготовь себя, заведись по полной». Она минут пять просидела с телефоном в руках, надеясь, что он извинится или сведет все к шутке.

Ничего не произошло. Ксюха включила свет, достала дневник и приписала к последней записи:

Странно, но чувство, еще недавно такое сильное, уже не душит. Оно куда-то ушло, когда я прочитала его «послание». Может он думал меня возбудить или обидеть, но скорее он меня насмешил. Я не понимаю, чего Савка добивается? Хочет, чтобы он стал мне противен? У него есть все шансы.

Промучившись всю ночь на скомканных простынях без сна и почти без мыслей, она черканула в полутьме, не разбирая, куда пишет: «ВСЕ! ХВАТИТ!» и решила забыть о Савке навсегда. Как оказалось, все возможно, если запрещать себе даже думать о нем.

А вчера он подошел и пригласил ее на концерт.

«Блин! Ну почему эти экзамены всегда так не вовремя!

Ладно, отставить причитания! Собираться, краситься… На старт! Внимание! Марш!»

Ксюха выскочила из дома, как обычно – за полторы минуты до прихода автобуса. Как обычно вихрем пролетела захламленный двор, чудом удерживая равновесие на тоненьких каблучках, и влетела на остановку в тот самый момент, когда старенький «леопан» заглатывал в душное нутро последнего пассажира.

На консультацию Ксюха успела.

Преподаватель Инесса Исааковна, уполовинив количество допущенных к экзамену на последнем зачете, слегка подобрела. Никого особенно сильно не пытала и даже не стала задерживать группу сверх отпущенного на консультацию времени. Может, просто сама торопилась домой.

Савка почему-то не пришел.

Не то, чтобы Ксюха его специально высматривала… Ну, как-то само получилось.

На выходе из аудитории Инна подхватила ее под руку:

– Пойдем в «Эпицентр», посидим? До фичи окно на два с половиной часа, да и вообще можно не ходить.