— Так зачем же ты убиваешь людей? — спросил я, выискивая слабые места твари.

— Это моя основная задача, — четко ответил робот. — Создатель приказал устранить указанных арканийцев, но их нет в заданных координатах. Возвращение на базу невозможно. Мы ожидали новой задачи. Новых заданий долго не было. Я совместил своё желание с предыдущими задачами и продолжил свою работу.

Логика, железная, но что можно взять с тупой боевой железки? Хм… может, тут есть что-нибудь интересное, что поможет в битве с этой тварью? Мне бы только немного повредить его основной корпус. Можно, конечно, попробовать и так, но я не уверен, что все сработает гладко, а, значит, враг атакует и уже не позволит ударить по нему второй раз.

Я сомневаюсь, что Алексей оставил бы этого робота, убившего немало людей, после чего ещё создавал из их тел разную нечисть. А, значит, мне нужно с ним разобраться, чтобы прекратить эти беспорядки.

— Твой создатель дал тебе странное имя, — разговор нужно было ещё немного потянуть. О, какая интересная тут вещица лежит. В таком случае мне потребуется всего два удара, чтобы наверняка разобраться с этим противником.

— Моё имя звучало иначе, это же я придумал сам. Такой звук часто был слышен, когда я разбирал людей, мне он очень понравился, — робот явно радовался, что даже несколько удивительно. Если вспомнить тварей в Халаэлении или изделия Зэлен Ра, то они не испытывали эмоций.

— Тогда тебе понравится и эта вещица, — я положил в пасть роботу плазменную гранату, которую увидел на соседнем столе, и прижал руками, чтобы он точно не смог её выплюнуть.

Монстр несколько раз резанул мне когтями по рукам, пытаясь разжать захват. Странно, но это было весьма неприятно. Однако монстр явно не рассчитывал на схватку, видимо, утратив часть боевых алгоритмов за время своих исследований.

Плазменная граната рванула так, что задела даже меня. И если сама плазма прошла сквозь тело, то ударная волна отразилась болью в голове. На момент мне показалось, что я помру во второй раз, но нет, обошлось.

— Не стоило держать боеприпасы на виду, — сказал я, глядя на эту тварь и готовя добивающий удар. Пол головы монстра разворотило, оторвало одну руку и оплавило часть тела, но он ещё функционировал. Заодно я выяснил интересную вещь: тот неприятный сплав, который меня ранил, только покрывал основное тело робота, являясь своего рода броней. Граната разорвала этот металл, но вот расплавить не смогла. — Ты занимался не той работой, — я выставил перед монстром артефакт, и в следующий же момент моя рука отделилась от основного туловища.

Как же хорошо, что призраки не ощущают боли, так что я попросту рубанул мечом по шее твари. Поврежденная голова монстра отлетела в сторону, я же в свою очередь подобрал артефакт и, направив на тело твари, активировал. В один момент вспыхнуло сияние, после чего Крус был затянут в небольшую точку сжатого пространства, где от него не осталось и следа.

Всё же недооценил я опасность этого робота. Рука обратно срастаться не хотела, что заставило лишь усмехнуться: буду первым в истории призраком-калекой. Эта вещица ещё никогда меня не подводила, но уж слишком много энергии она требует и долго заряжается, накапливая заряд за зарядом.

В том бою против Сель я просто не мог его применить, это было бы слишком жестоко с моей стороны, и куда бы сильнее усугубило мою вину перед ней. Здесь же иначе было нельзя: робот продолжил бы «разбирать» путников и местную живность на части. А потом он мог додуматься пойти исследовать мир и начать убивать всех встречных. Алексей также говорил, что они могут взорвать себя, и даже взрыв одной твари мог стереть с лица Рейнеи всю Халаэлению. Тут же удалось обойтись меньшим. Даже корабль не взорвался, что было несомненным плюсом.