Но человек предполагает, а Бог, вернее, в этом случае хоккейные боги располагают.

Он решил что будет кощунством улететь после первой игры и не увидеть вживую вторую часть этого противостояния.

И игра снова его не разочаровала. Она получалась не такой яркой как первая, но в ней был свой нерв, своя интрига и своя драматургия.

Гол, забитый Семеновым совершенно не вытекал из логики игры, но такие вещи как взятие ворот броском со вбрасывания всегда внезапны.

Хотя, всё не так-то просто если разобраться, а мистер Чемберс вчера после игры только и делал что думал, вспоминая и анализируя увиденное.

То что именно Семенов решился на подобный бросок и самое главное то что он попал, говорило о многом. Об уверенности в собственных силах, умении принимать нестандартные решения и о готовности взять на себя ответственность в клатче.

Стало совершенно понятно, что если его команда будет играть с русскими в обычный хоккей, то ничего хорошего их не ждёт, а будет поражение, которое практически наверняка поставит крест на надеждах выиграть молодежный чемпионат мира.

И это значило то что к формированию состава надо подходить немного по-другому, не стоит пытаться переиграть этого русского, а надо вспомнить успешный опыт противостояния с еще одним советским феноменом.

Тем более что у него был на примете один маленький но очень злобный канадец албанского происхождения, который с одной стороны знал какой стороной браться за клюшку, а с другой был идеальным исполнителем для вывода этого русского из строя.

Решив для себя эту проблему Чемберс довольно закрыл свой блокнот и третий период смотрел уже как простой хоккейный болельщик.

* * *

Как и вчера ЦСКА решил увеличить темп и перешёл на игру в три звена. Было очевидно что уезжать с урала с баранкой совсем не входило в их планы. Поэтому третий период этой игры стал самым интенсивным по давлению на наши ворота.

Еще и сказалась разница в классе тренерского штаба ЦСКА и Автомобилиста. Хоть и мы, и они были в одинаковых условиях, но армейцы выглядели, двигались и принимали решения намного быстрее. Им усталость от двух изнурительных матчей никак не мешала.

И вследствие этого пошли ошибки, причем у всех нас. Начиная от первого звена нападения и заканчивая четвертой парой защитников.

Пару раз армейцы нас простили, не забивая после классных атак с ходу, и Асташев, глядя на то как складывается игра, был вынужден взять тайм-аут.

Мы все сгрудились возле нашей скамейки и стали слушать тренера.

— Мы упрощаем игру, — начал Асташев, пытаясь перекричать шум трибун, — Это касается всех троек нападения. Один нападающий всегда должен оставаться и страховать своих защитников. При любом, даже мало-мальском риске надо отбрасываться, а не пытаться комбинировать в средней и тем более в своей зоне. Семенов, — дальше уже тренер говорил персонально обо мне, — я тебя перевожу во вторую тройку и буду накладывать это звено на первую тройку ЦСКА. К тебе мои слова о минимизации рисков тоже относятся. Как и ко всем остальным. Играть без самодеятельности. Строго по счету. Давайте, максимальная концентрация в следующие пятнадцать минут. Я хочу увидеть собранную и аккуратную игру как в обороне, так и в нападении. Сейчас нам важнее не пропустить чем забить, помните об этом.

Вот не люблю я такие вещи, на самом деле. Как по мне, это не осторожная и аккуратная, а трусливая игра. Так обычно думали и думают тренеры футбольной сборной сначала СССР а потом и России. «Сыграть по счету, ничья нас устраивает, отстоять результат» и прочие слова за которыми, как мне кажется всегда скрывается трусость.

Обычно это ничем хорошим не заканчивалось, всегда в последний момент, когда казалось бы что всё идёт хорошо и надо дотерпеть, что-то да происходит.

Но идти против прямого указания тренера себе дороже.