— ЗА СПАРТУ! — взревел я, мысленно активируя способность.

За мгновение до удара я сделал лёгкий отступ назад, на полшага, но этого хватило, чтобы ещё сильнее толкнуться вперёд. В удар я вложил всю свою силу, всю свою скорость. Правда, пришлось частично её потратить на то, чтобы прокрутиться между копьями противников… но итог нашего противостояния оказался предрешён. Глефа своим острым концом вонзилась в переднюю пластину панциря кентавра, расколола ее, после чего пробила позвоночник. Живот как преграда воспринят не был.

Кентавр тут же потерял возможность стоять на своих копытах, они сложились под ним, а сатир свалился назад, когда мой противник рухнул. Я выдернул оружие из живота врага, тут же нанося удар по шее, до которой теперь спокойно дотягивался, вмиг отсекая голову. Тут же со спины послышался восторженный крик, что, цитата, «хрен такое где увидишь»… но я не стал что-то отвечать, просто выхватил копьё врага из уже мёртвых рук и метнул своей левой в сатира, который начал подниматься. Попал под шлем. В подбородок. Смерть моментальная.

В следующий же миг, осмотревшись, наскочил на противника Одиннадцатого. Последний, откровенно говоря, начал сдавать. Прикончил, может, двух-трёх противников, но ему просто не хватало выносливости. Да и паника в его глазах нарастала.

На этот раз сатир меня не заметил, так что сразу серия ударов обрушилась на двух монстров. Я закружился и завертелся, превратившись в смертельный вихрь. Сатиру отсекло всё, что было ниже бедра по мою сторону, а потом и кисть той же руки, а вот кентавру повезло меньше. Брюхо, рёбра, а потом и ему копыто тоже. Тот упал, а следом я вонзил оружие в шею между металлом шлема и панциря.

Но мне даже не дали опомниться. Моментально появились новые противники. Благо, не с разбега, но всё же кентавры на ходу врезали мне копьём в спину. В щит. Благо, я свалился, но меня тут же подняли на ноги оказавшиеся практически вплотную тяжёлые легионеры.

И следом всё стало тихо. По крайней мере вокруг нас. Как оказалось, наша девятка заткнула собой узкий проход, через который проходило множество противников, дав возможность перегруппироваться тяжеловесам. Они рванули вперёд… и просто снесли врага и тоненькие стены, которые такими назывались лишь из-за их сходства с настоящими. Обычная плетёнка, которая просто отгораживала для взора другую сторону.

— Отдыхаем… — с тяжёлой одышкой проговорил Первый, буквально рухнув на колени.

Я не видел, как он сражался, не видел, как сражались близнецы. Но крови на них было столько… что завидовать им было не просто сложно, а нереально. Буквально с головы до ног. Лишь редкие участки брони и тела не были ею обагрены.

— Раненые? — ещё более тяжёлым голосом спросил Десятый.

Ответа не последовало. И это было хорошо. Да, мы все устали… но я при этом выглядел бодрее всех. Так что я взял в руки пращу и стал метать камни по тем целям, которые попадались мне на глаза. Хоть и не каждый раз, всё же тяжело стрелять через строй своих, но я поражал противника, заставляя его открыться и впоследствии подставиться под новую атаку моего союзника.

Но отдых долгим не получился. Снова строй забуксовал. А потерь было столько, что от прежней численности осталась только половина. Вторая сотня раз за разом усиливала натиск, позволяя продвинуться основной пехоте ещё чуть дальше.

Но в итоге пришлось отправляться за подкреплениями. Быстрой победы не получилось. Что-то пошло не так. Тут не должно было быть столько противников, их просто не может столько поместиться в лагере. По крайней мере уже с тысячу монстров было убито, только мною с десяток точно, а ведь ещё остальные наши тоже вели свой счёт.