— Постойте, не уходите, — торопливо бормочет он. — Это все Карл, Карл меня подговорил! — Карлом, кстати, зовут Электрика. — Он сказал, что хочет подшутить над своим хорошим приятелем. Я никому не хотел причинить зла. Я все для вас сделаю, все, что угодно, — скулит турок.

Мне противно смотреть на этого извивающегося червяка, поэтому я делаю уступку:

— Как сказал бы Омит Гассан, будь он здесь, ты — мой должник, приятель, и свой долг я с тебя так или иначе взыщу.

«Омит» на секунду задумывается, потом спрашивает, не желаем ли мы перекусить.

— За счет заведения, конечно, — поспешно уточняет он.

Предложение звучит чертовски заманчиво, я смягчаюсь:

— Ну, если ты угощаешь, отчего же нет? «Королевскую» порцию шаурмы с луком и соусом-чили, да не жалей мяса.

«Омит» суетится за прилавком: поджаривает хлебную лепешку, срезает здоровенные полоски мяса с слоновьей ноги, которая жарится на вертеле у окна.

— Завтра попрошу Белинду показать тебе, как починить ту штуку в сливном бачке, — великодушно говорит Олли. — Пригодится на будущее.

«Омит» подобострастно глядит на меня и спрашивает, не желаю ли я еще чего-нибудь.

— Нет, достаточно, — успокаиваю его я. — Каждую пятницу, до конца моих дней.

— Межу прочим, такая еда сократит тебе жизнь, — замечает Олли, но я еще не закончил с заказом и барабаню по прилавку, привлекая внимание «Омита».

— На двоих, пожалуйста.

Мы забираем две порции сочной, горячей шаурмы и выходим на улицу. Олли успевает дважды цапнуть себя за пальцы, торопясь расправиться с мясом. Я советую ему сдержать животный порыв и отдать шаурму мне.

— Зачем? — с опаской спрашивает он.

— Хочу кое-что продемонстрировать.

— Что еще ты собрался демонстрировать? — Олли не слишком по душе мое предложение и уж откровенно не нравится перспектива лишиться сытной еды, едва вонзив в нее зубы.

— Не бойся, твой обед никуда не денется, — обещаю я, однако мой друг чует неладное (а также, очевидно, запах бродячих кошек, шныряющих поблизости).

В общем, мне приходится по-всякому улещивать Олли и городить кучу вранья, прежде чем удается завладеть его шаурмой.

— За мной, — командую я и веду товарища мимо галереи лавок в угловой магазинчик Электрика. Колокольчик над дверью извещает хозяина о гостях; секундой позже шуршат шторы из пластиковых бусин и к нам выходит Электрик.

— Здорово, ребятки, я знал, что вы быстро… — радушно приветствует он нас и внезапно умолкает, увидев в моих руках шаурму. — Постой, Бекс… — робко лепечет Электрик.

— Привет, старик, — здороваюсь я, поднимаю руки над головой и начинаю яростно размахивать обеими порциями шаурмы, отчего горячее жирное мясо и пропитанные соусом овощи разлетаются по сторонам, пачкая стены, двери, окна, вентиляторы, телевизоры, чайники, шторы — короче, абсолютно всё. Даже Электрику достается фаршем в морду, после того как я дотягиваюсь до вентилятора на верхней полке, врубаю его на полную катушку и скармливаю электроприбору остатки шаурмы, наслаждаясь произведенным эффектом.

— Увидимся в следующую пятницу, — назначаю свидание я, затем выбрасываю промасленные салфетки и пакеты в мусорную корзину (в надежде, что Электрик оценит иронию) и удаляюсь.

У выхода мой взгляд падает на прелестную табличку: «ВХОД С ЕДОЙ И НАПИТКАМИ ЗАПРЕЩЕН». Я прячу улыбку.

— Чтоб ты сдох! — утробно рычит Электрик мне вслед.