— Ты утрируешь. — Хмуро произнес я, понимая, что как ни крути, но она права.

— Нет. Я говорю как есть. — Со злостью в голосе произнесла Лиза. — Хочешь признаться? Так принимай и все последствия. Мне куда потом деваться после твоего признания? Другой клан и отряд искать? Хочешь разрушить отряд и клан? И ради чего? Ради простого упрямства?

— А где ты такая умная была раньше? — Рассердился я в ответ. — Чего же ты не подумала о последствиях, когда изображала из себя невинность в лесу? Или ты думаешь, я не понимаю, зачем ты вдруг решила выбрать прозрачную ночнушку? Или ночью сегодня кто постоянно прижимался ко мне? Я не спорю, что виноват в том, что поддался, но не нужно мне тут невинность разыгрывать. Ты знала, на что шла.

— Ой, какие мы умные и все замечающие нашлись. — Язвительно фыркнула она в ответ. — Если ты такой грамотный, то зачем согласился выпить? Или хочешь сказать, что не знал, чем все закончится?

— С чего вдруг я должен был знать, чем все закончится? — Не очень уверенно возразил я.

Правда, надо признаться самому себе. Вначале, когда мы только сели выпивать, я еще думал и рассчитывал на простую беседу, но вот после того, как Лиза закончила свой пересказ того, что смогла различить в памяти диады, я уже смотрел на девушку совсем другим взглядом. Помнится, уже тогда у меня проскакивали пошлые мысли на ее счет. И я понимал, что если не остановлюсь и продолжу, то все может закончиться именно так, как и произошло после. Более того, я втайне надеялся на подобный результат. И от осознания этого становилось только хуже.

— Еще скажи, что ты просто невинный младенец, которого изнасиловала бесстыжая тетка. — Презрительно фыркнули мне в ответ.

— Не понимаю, каким образом наш разговор ушел в обсуждение кто кого и почему? — Удивился я. — Я не отрицаю того факта, что все произошло и по моей вине тоже, но это не означает, что я буду скрывать от Веты правду.

— Вот же упрямый осел. — Разозленно выпалила Лиза. — Да как ты не понимаешь, что от этого твоего признания всем станет только хуже? К чему это бесполезное упрямство? Тебе твоя честность важнее нормальной жизни?

— Нельзя доверять друг другу, если кто-то при этом соврал. — Хмуро произнес я.

— Андрей, я тебя прошу. — Резко сменив тон на виноватый и, можно сказать, жалобный, произнесла Лиза, сложив ладони в молитвенном жесте. — Пожалуйста, не делай этого. Ну хочешь, я тебя умолять буду?

— Не надо меня умолять и просить тоже. — Устало вздохнул я. — Для начала просто оденься.

— И ты тогда не будешь никому ничего говорить? — Жалобно произнесла Лиза, чуть не плача.

— Хорошо. — С трудом согласился я. И ведь понимал, что все это спектакль, но так же осознавал, что она от меня не отстанет, пока не соглашусь. — Я не буду ничего никому говорить…. Сразу. Скажу позже. Так устроит?

— Более чем. — Смахнув выступившие слезы, с облегчением произнесла Лиза, тут же переведя тему разговора. — Так что насчет вопросов? Ты уже их придумал?

— Да. — Растерянно произнес я. Слишком резкая смена темы.

— И какие же? — С любопытством спросила она, при этом вставая наконец с лежака, и слава богу, одетой.

О том, что спросить, я думал давно. Все-таки три вопроса — это не так что бы много, но и немало. Но после того, как узнал от Лизы новую информацию о нашем мире, которую та подсмотрела в памяти дриады, вопросы пришлось слегка изменить. Все дело в том, что если верить воспоминаниям дриады, а причин для недоверия вроде как нет, то выходила совсем нерадостная картина.