Перед тем, как расчехлять удочку, я ещё раз огляделся, но воды были пусты. Скорее всего придётся ждать не один день прежде, чем кто-то проплывёт… и скорее всего — мимо, сколько костров не разложи. До поляны мой сканер тоже не доставал: едва заметное розоватое пятно — и гадай, что там происходит. Ладно. Пора заняться рыбой. Пальцы опять послушно сдвинули рычажки и провернули колёсики, меняя режимы, словно я заученно зажал «таб» и цифру три. Хм, если подумать, то и команду «укрыться за щитом» я тоже в игре прожимал чисто на рефлексах уже. Почему мне кажется, что это — важно? Впрочем, это тоже потом.

Количество синих силуэтов в толще воды меня откровенно порадовало. У самого берега плавала всякая мелочь, крупные рыбины стояли по бочагам чуть дальше. Будь у меня обычная снасть — без лодки их не достал бы. А так… Проверив натяжение лески, я поколебался, выбирая блесну. Немного помучался с узлом: этот навык почему-то мне не передался, но кое-какие уроки из детства я помнил и сейчас. Отец обожал спиннинг, даже разрешал мне иногда взять свой, тот, что похуже. Виртуозно закидывать я так и не научился, да и не помогло бы это умение сейчас — ветки над головой мешали. Но этого и не требовалось.

Ш-шик, фс-с-с-с: блесна, вложенная между направляющими, серебряным росчерком промелькнула над волнами и почти без всплеска пробила поверхность воды, таща за собой леску. Можно было бы вложить и гарпун, вот только попасть им в цель под водой не так-то просто. А тут — можно сказать, самонаведение. Катушку на сматывание… удар! Теперь только подвести к берегу, благо, камышей нет. Вот и первая рыбка: «пресноводный лосось» по игровой классификации. Неплохо так, примерно на килограммчик! Ну-ка, ещё!

…Остановился я, когда кукан, на который я насаживал рыбу за рыбой, едва не утащил меня под воду. Как я в такой ситуации умудрился увлечься — сам не знаю, может, мозгам срочно пресловутая разрядка после запредельного стресса из-за переноса понадобилась? Вроде, часа ещё не прошло? В любом случае, пора назад, и поторопиться бы: мне ж всю эту красоту с плавниками и жабрами ещё и готовить. Эх, пап, тебя бы сюда: вот уж кого от столь щедрых вод было бы не оттащить! Да и жарил он добычу просто виртуозно, как-то управляясь одним ножом и прутиками орешника! Ни разу такого не было, чтобы улов испортил. Эх…

Я вздохнул, и, наконец, расстегнул манжету левого рукава. Оголил руку до локтя. Нет, они никуда не делись. Браслеты совершенно не ощущались, словно я проносил их несколько лет и привык. Один золотой с красными камешками и шесть дымчато-синих, гладких, но с выбитыми символами — почти что наруч от запястья и до локтя. Семья… типа. Раз побрякушки со мной — жёны ведь тоже теперь реальные, все семь? Уник, блин, с-собрал.

Глава 6

Как я и думал, стоило огню запылать — и люди потянулись к костру. Древний инстинкт очень редко даёт сбой на тех, кто взволнован, растерян и чувствует себя потерянным, оказавшимся не у дел. Хотя нашлись-таки упрямцы, так и оставшиеся на своих местах. И… мне кажется, или если сложить тех, кто тусуется у огня, и добровольных отщепенцев — попаданцев окажется меньше, чем было, когда я уходил? Кстати говоря, еда-то, пока я рыбку удил, у кого-то по котомкам нашлась, пусть и не много. Так что народ у костра развлекался тем, что пытался поджарить тоненькие кусочки хлеба на палочках у вздымающегося метра на три ввысь пламени.

— Кто умеет рыбу чистить, помогайте, — коротко распорядился я, скидывая с плеча шнур, на который нанизал через жабры и рты улов. Что поделать, в котомку он явно не влез бы. — Чешую и кишки долой, вдоль хребта надрез и соли туда. И углей пусть кто-нибудь выкатит, над ними будем печь.

— Как за смертью посыла… — растолкала мешавших ей товарищей по несчастью Лоля.