Джо повертел головой:

— Я справился.

— Если не считать уборки мусора, то я тоже, — отозвалась Беа.

Джо сжал моё плечо:

— Нужна помощь, Испанец?

— Я бы прикрепил к этой стойке еще два осветителя. Не могли бы вы, ребята, принести их из фургона?

— Будет сделано, — сказал Джо, и они с Беа, взявшись за руки, пошли вверх по ступенькам.

Втроём мы работаем слаженно. Если я всегда забываю аккумулятор для дрели, Беа всегда приносит запасной. Джо следит, чтобы мы не забывали о Gatorade* и оставались бодрыми на протяжении всей ночи. Я поддерживаю спокойствие, даже когда что-то идёт не так.

(*Gatorade — энергетический напиток компании PepsiCo.)

Но Беа права; не всегда всё идет гладко.

Я снял футболку и, обтерев лицо, оглянулся вокруг. Мы превратили заброшенный подвал в настоящий зловещий танцевальный рай.

Опираясь на рассказы очевидцев и старые фото (я досконально изучил жуткую историю этого места), я нарисовал на стенах ржавые двери тюремной камеры и окровавленные занавески смотровой. Одел манекены в бурые от кровяных пятен смирительные рубашки (спасибо eBay). И для нас с Беа и Джо приготовил медицинские белые халаты.

В индустрии развлечений презентация — это всё.

Как же я горжусь ими. Горжусь нами.

Вдруг в помещение ворвался порыв ветра, разворотив кучу коробок и упаковочных материалов. Я почесал голову. Ветер никак не мог проникнуть в подвал, а для сквозняка дуновение слишком сильное.

Так и не определив, откуда же взялся ветер, я чувствую резкий приступ головокружения. Комната начинает вращаться. Нет, я начинаю вращаться! И в тоже самое время на меня что-то ужасно давит.

Что, чёрт возьми, происходит?

Гравитация словно действует на меня сильнее обычного! Ноги, не выдержав давления, подгибаются. Я падаю на колени и в панике оглядываюсь по сторонам. Ветер стал еще сильнее, горячие воздушные потоки вихрем завертелись вокруг. Головокружение усилилось. Ещё немного и я потеряю сознание.

Я пытаюсь позвать Джо и Беа, но они всё ещё на улице и не услышат меня. Почему они так долго?

Голова кружится, кружится и кружится. Я вот-вот погружусь во тьму. Веки слипаются, под действием силы притяжения, я падаю…

***

Очнулся я на полу в подвале в полном замешательстве… и в полной темноте.

Почему не светят прожекторы? Генератор, наверное, вырубился. По спине пробежал холодок. Как же долго я пробыл без сознания?

— Беа? Джо? — позвал я, но ответа не последовало. — Por Dios, моя голова!

Она просто раскалывается.

Видимо, у меня проблемы с сосудами, или что-нибудь в этом роде. Иначе как ещё можно объяснить галлюцинации и потерю сознания?

— Где вы, ребята? — от крика головная боль усиливается, но я не обращаю внимания. — Ответьте мне…

Замолкаю, услышав с лестницы звуки шагов.

— Ребята? — из темноты доносится сначала тихий стон, затем более громкий. — Кто здесь?

От страха у меня ускоряется пульс, сердце грохочет. Я бы всё сейчас отдал, чтобы видеть!

— Кто там?

Со мной в тёмном подвале.

Забрезжил какой-то свет, сначала тускло, потом ярче. Я оглянулся в поисках источника… и настороженно уставился на собственную грудь. Перехватило дыхание.

— Qué coño es esto? Что за нахрен?

Моё тело… оно светится. Оно излучает больше света, чем все наши прожекторы. Кожа сияет ярче и ярче.

Я поднял голову и опешил. Из темноты показались два… monstruos!

С морщинистой кожей. Потрескавшимися губами. Белесыми глазами, сочащимися гноем.