Конечно, если бы силу применили Янукович-Медведчук-Кучма, все могло повернуться иначе, и где-то на подходах к Киеву могла состояться быстротечная «Курская дуга в миниатюре». Пиковым днем, помнится, было 28 ноября, когда Юлия Тимошенко со сцены Майдана призвала к захвату АП, а Ющенко пытался умерить воинственный пыл. Постфактум Юлия Владимировна объясняла, что 28-го действительно поступали сведения о начале марша кучмовских внутренних войск спецназначения на Киев. Цитата по «Украинской правдой»: «Да, в Василькове войска были приведены в полную боевую готовность в 22:50; в 23:10 началось построение колонн; приказ о отбой поступил в 23:58. В Петровцах погрузка машин началась в 23:30; приказ о отбой также поступил в 23:58 «. По словам Тимошенко, операцию удалось предотвратить, потому что нашлись честные офицеры и вернули войска. «Давайте поблагодарим офицерам, которые остановили государственный переворот» — призвала на митинге леди Ю.

Именно 28 ноября — причем целый день — прогревали моторы и «оранжевые» танки в «Десне», готовы к марш-броска на столицу. И именно после этого тяжелого дня Ющенко дал окончательный отбой проведению танковой операции. Говорят, танкисты из горя напились. Они очень хотели защитить революцию. Романтики…

Кстати, тогда были разговоры, что на сторону «оранжевых» готовы перейти еще несколько военных частей…

Эта история, рассказанная Украиной Молодой с усмешкой победителей, как своего рода правдивая охотничья байка (в смысле, реально правдивая) — на самом деле страшна. Осмысливая ее, понимаешь, как в 2014 году Украина всего за шесть месяцев прошла путь от мирной, даже сонной страны — до Иловайского котла.

Это не комедия положений, это трагедия. Украинцы, организовывавшие майдан и всерьез рассматривавшие возможность ввести в город танки, даже не подумали, как это будет выглядеть из Донецка, Луганска, Харькова, где, кстати, танки — делают. Они имели в виду примерно следующее: мы украинцы и это наша страна и мы имеем право решать ее судьбу, и делаем это. И когда и на чем остановиться — решаем тоже мы, а вы — русские, приезжие, здесь не хозяева и у вас права вмешиваться нет, сидите и молчите в тряпочку, раз вы даже наш язык выучить не удосужились, так и говорите на русском. А из Донецка, это выглядело несколько иначе: ты че, с. а, крутой, самый, думаешь, что Бога за бороду поймал? Из танков — значит, можно? Раз так — то и у нас есть танки, и танки есть, и граники, и артуха… и все есть. Готовы по-взрослому разобраться? А если нет — сидите и обтекайте. Козлы.

И вот, уже в 2014 году — те же украинские романтики, юные, и не очень, не битые жизнью — хлебнули кровавых соплей. Никогда не забуду видео, снятое после первых дней Майдана на юге Украины — площадь маленькая кафедра, покрытая украинским флагом, играет патриотическая музыка. Кто-то выступает. В выступающего — что-то летит, потом еще, потом еще, потом подходят, вырывают микрофон, кто-то опрокидывает кафедру, кто-то стол с магнитофоном, кто-то начинает топтать украинский флаг, кто-то с размаху бьет в лицо оратора. Еще кадры из Донецка — стоящие в монолите майдановцы и налетающие на них с арматурой, палками, травматами местные хлопцы — Бог не микишка, он все видит, побудьте теперь на месте Беркута, посмотрите, как это. Еще кадры… безжалостное, как ацетиленовая горелка солнце, рыжие от огня танки без башен, шкварки человеческого мяса в лохмотьях формы на броне. И недоуменное лицо пленного — как же так…

Не поняли украинцы одного. За Полтавой — Украины нет. Там живет СОВЕРШЕННО ДРУГОЙ НАРОД. И если к нему ехать — то не объяснять, за что стоял Майдан, да еще с восторженным видом — а ехать договариваться, как мы теперь будем жить в пока еще одной стране.