Но вы понимаете, она же все это время, все эти годы была в горе. Ее дети были в таком состоянии. Исабель все время переживала, очень горевала, я это видел, чувствовал. Как же я мог позволить себе высказать свои чувства? Она почти что в трауре, а тут я со своими приставаниями, как животное какое-нибудь. В общем, старался я, чтобы она никак не почувствовала моего к ней стремления, держал дистанцию, что называется. Но теперь, когда все так чудесно изменилось, мне показалось, что можно попробовать. Принял я решение, что, если не судьба, то дождусь приезда Ильи, тихо рассчитаюсь и уйду. Предложил я Исабель руку и сердце. Остальное вы знаете. У меня все.

Теперь поднялась дона Исабель.

– Вы мою историю знаете. Когда я попала в Европу, было мне, как понимаете, не до личной жизни. Потом как-то постепенно привыкла ко всему, жизнь вошла в какую-то постоянную колею. Сначала я даже не очень понимала, что мне очень не хочется больше быть одной. Но вот зашла я как-то вечером в Зальцбурге посидеть в ресторанчик, а официант меня вдруг так вежливо спрашивает: «Вы одна будете?» И я тут заплакала.

Потом в поместье появился Муса. Скажу честно, я с первого взгляда увидела в нем настоящего мужчину. Таких мужчин вообще маловато осталось, как мне кажется. А может быть, я их плохо вижу. Но в нем я сразу увидела главное. Абсолютно надежного человека. Опору, защитника.

Как я сказала, мою жизненную историю здесь все представляют. И у меня уже давно нет стыда за мое прошлое. Да, когда-то я делала все, что могла, ради моего сына. Моих сыновей. Но в то время к мужчинам у меня выработалось стойкое чувство закрытости. А вот когда я увидела Мусу, что-то в мире для меня изменилось. Мне впервые за многие годы опять захотелось прижаться к мужчине. Спрятаться за него, как за стеночку, от всех моих проблем. От всего сложного, что снаружи меня и что внутри.

Да только вот скоро заметила я, что он вроде бы по-доброму ко мне относится, но явно старается от меня держаться на расстоянии. Решила я, что, наверное, со своим прошлым не подхожу ему. Я так думала, что он мне, как человек добрый, сочувствует, но к сердцу своему, похоже, никогда не допустит.

А тут вдруг, ну совсем неожиданно, сын мой подходит ко мне на днях и говорит, что поступило серьезное предложение. Просит-де некий мужчина моей руки. Я сразу ему и отвечаю, что только от одного человека я бы приняла такое предложение, да, наверное, не дождусь, а от других мне не нужно. Ну, вот и все.

Доктор Бирман в этот момент вскочил со своего места и принялся обнимать Мусу и Исабель, стараясь охватить и целовать обоих сразу. Молодежь неизвестно откуда достала шампанское, хлопнула одна пробка, затем вторая. Тут же договорились о предполагаемом дне свадьбы, чтобы успеть пригласить всех самых близких, кто сейчас был за пределами поместья. Под этими всеми Муса и Исабель понимали десять Близнецов, Анну, Илью с женой, небезызвестного кардинала и Его. Того, кого Муса и Исабель считали истинным источником своего возможного счастья.

Московская область

В наступающих сумерках Бойцов быстро вырулил на проселочную дорогу. Там Сергей сначала снял с крыши и борта машины магнитные наклейки – шашечки такси. Потом он профессионально обыскал тяжело дышащего неподвижного Филю, забрал бумажник с документами, мобильный телефон и выгрузил у километрового столба. Отъехав в сторонку и убедившись, что никого рядом не появилось, с этого же мобильного Сергей и вызвал «Скорую помощь».

Он представился случайным прохожим, фельдшером по образованию. Сергей не только внятно объяснил место, где лежит человек, но и сообщил предварительный диагноз – переломовывих в шейном отделе позвоночника с высоким риском развития отека мозга.