В доме громко залаяла собака, но Энни не отвечала. Может быть, она на заднем дворе кормит животных? Джейк уже хотел обойти дом, как дверь медленно открылась.

В дверях появилась Энни, на ней было короткое облегающее розовое платье. Лицо бледное, в глазах – выражение боли.

Джейк сделал шаг вперед:

– Эй… вы здоровы?

– Я… нет, я больна. Я не могу с вами разговаривать сейчас.

– А что случилось?

– У меня грипп или что-то в этом роде. Пожалуйста, уезжайте.

Это было что-то похуже, чем грипп. Видно, что ей очень плохо.

– Что болит?

– Мой… мой живот. У меня кружится голова, меня тошнит и… – Из дома выскочила собака, а вслед за ней появился ребенок в желтом с белым костюмчике. Энни хотела остановить девочку, но, охнув, схватилась за живот.

Маделин выкатилась вслед за псом под ноги Джейку. Он сосредоточил внимание на Энни.

– Вам нужен врач.

Она попыталась выпрямиться, но не смогла.

– Пожалуйста, уходите. Разговаривать с вами сегодня мне не по силам.

Джейк хотел сказать, что ей не по силам и за ребенком присмотреть, но передумал.

– Как давно вы себя так чувствуете?

– Это началось вчера, ночью стало хуже, а к утру… – Голос у нее оборвался.

– Я отвезу вас в больницу, – решительно сказал он.

– Нет, я не хочу.

– Тогда вызову «скорую», сами вы не доедете. – Джейк вытащил из кармана мобильный.

Энни молча смотрела на него. Ей не хотелось в этом признаваться, но он прав. Она чувствует такую слабость и головокружение, что может отключиться в любой момент. Утром она с трудом вынула Маделин из кроватки.

Но она не может уехать на «скорой». Кто останется с Маделин? Бен и Хелен в Талсе.

– Где тут ближайшая больница? – спросил Джейк.

– В Бартлсвилле.

– Послушайте, не упрямьтесь, я отвезу вас туда. Вы будете там еще до того, как приедет «скорая».

Энни заколебалась. Его подбородок дрогнул.

– Послушайте, леди, мы можем препираться, пока вы тут не скончаетесь. Или мы поедем к врачу, и вы расскажете ему, что у вас болит. Если вы хотите, чтобы у вашей дочери была мать, вы поедете со мной.

Он знал, на какие рычаги нажимать, этот адвокат.

– Хо… хорошо, но нам нужно взять детское сиденье из моей машины.

– Еще что-то?

– Мою сумку и сумку с вещами ребенка. Она на крючке в кухне за дверью.

Джейк кивнул:

– Отлично. Давайте посадим вас в машину, потом я заберу вещи.

Энни оторвалась от двери и сделала шаг вперед. Острая боль пронзила ее с головы до ног. Все расплывалось, перед глазами мелькали красные пятна, круги.

Она почувствовала, что ее поддерживает рука Джейка.

– Я вам помогу.

Рука под крахмальной белой рубашкой была сильной и жесткой.

Энни изо всех сил вцепилась в нее.

– Маделин… – пробормотала она.

– С ней все в порядке. Она сидит на крыльце, пытается поймать собаку за хвост. Я приведу ее в машину, как только посажу вас.

Джейк подхватил Энни на руки. Она прикасалась своей щекой к его, чувствуя ее грубоватую мягкость и вдыхая слабый запах крема для бритья.

Джейк отнес ее к машине и стал открывать дверцу. Затем помог сесть, быстро вернулся к крыльцу и подхватил на руки Маделин.

Малышка заревела.

– Вот так, – сказал он, устраивая ее на заднем сиденье. Маделин тут же успокоилась, придя в восторг от того, что она в незнакомой машине.