Эрика об этом факте не знала, но исходившую от молчащего мужчины угрозу она чувствовала всей кожей своего тела. Сын лорда спал с обнаженной спиной, и травница, внимательно посмотрев на опухоль, решительно поставила корзинку на пол, достала какие-то горшочки, неожиданно повелительным голосом обратилась к Арчи:

— Мне нужны чистые тряпки, таз с водой, нож и свеча.

— Что ты хочешь делать? — опять заволновался лорд, с удивлением увидев, как Арчи бросился в коридор. Свисток уже собирался уходить, но услышав о ноже, остановился.

— Нужно убрать кровяной пузырь, — не оборачиваясь, сказала девушка. — И пожалуйста, не стойте за спиной, вы меня отвлекаете.

Вернулся Арчи с целой кипой чистых тряпок. Монах едва сдержал улыбку и тихо прошептал:

— Что ж, свою задачу я выполнил. Идемте, господин лорд. Нам нужно обговорить условия нашего соглашения более тщательно. Есть некоторые моменты, которые меня беспокоят. А Эрика справится. Она целеустремленная и умная девушка, пусть и делает вид, что всего боится.

Глава седьмая

— А эта дорога уходит на Волчью Пустошь, — ткнул плетью влево Кривой Пит, когда мы переехали Каменный ручей, — но нам туда не надо. Мы по другой дороге поедем, чуток на север. Говорят, твари оттуда появляются.

Мы "гостим" в качестве вынужденных заложников у барона Каньяра третий день. Скука неимоверная. Монах Симон и Эрика до сих пор не вернулись из столицы лорда. Подозреваю, что с такой травмой, как ушиб позвоночника или, не дай бог, перелом, они долго провозятся с пацаном. А нам делать совершенно нечего. Поселили в каком-то сарае, ладно, что в теплом. Кормят, дают гулять по подворью, но оружие не вернули. Начальник охраны Престон сказал откровенно, что барон строго-настрого запретил его отдавать. Тогда мы наехали на Престона, чтобы он дал разрешение погулять за воротами подворья. Удивительно, но просьбу удовлетворили. Правда, как заметил Артишок, за нами постоянно бродил невзрачный паренек, поставленный шпионить. Обращать на него внимание мы перестали почти сразу. Других впечатлений хватало.

Лосиный Остров был типичным поселением, завязанным на меновую торговлю. Деньги, по моим наблюдениям, здесь редко кто видит в глаза. Кто получает твердую монету, так это дружина, телохранители и вольные охотники. На центральной площади, окруженной несколькими мелкими лавками, стихийно создали рынок из нескольких десятков открытых прилавков, возле которых сейчас толпились оживленные местные жители и приезжие. Днем ворота деревни были раскрыты, и живущие на выселках фермеры и крестьяне торопились приобрести себе нужные товары. В основном, лошадиную амуницию, сапоги, капканы, мешки из дерюги, посуду и хозяйственный инструмент в виде ножей, ножниц, иголок. Взамен фермеры выставляли молочную продукцию и мясо: соленое, вяленое, копченое.

Помимо этого торговали и живым товаром. Вокруг нас бесконечно гоготало, хрюкало, кудахтало; даже умудрялись продавать котят и щенков в корзинках, ну, или менять на что-то. Особо я не заморачивался. Здесь просто все резко отличалось от жизни в секторах. И сама жизнь, и люди.

На нас смотрели с любопытством, но завязывать знакомство или просто перекинуться парой слов не торопились. Все уже знали, что за птицы залетели в их огород, и произошедшее за плотным забором усадьбы недолго оставалось секретом. Участь идиота Гвоздя была самой обсуждаемой темой наравне с появлением орденского мага. Оказывается, мы какой-то важный спецотряд, который господин лорд нанял для разведки диких земель, и скоро пойдем в экспедицию нащупывать дорогу к новым ресурсам. Полуправда-полуложь всегда идут рука об руку.

Совсем заскучав, мы свернули с площади на соседнюю улицу и вдруг заметили среди скопища хибар добротный деревянный дом на каменном фундаменте.