Он услышал звук.

Не уверенный, был ли звук на самом деле или ему почудилось, он наклонился вперед. Ночь выпала такая бурная, что его слух мог подвести. Но тут он снова услышал звук и встал.

Дом, где жила Джейн, стоял на уступе скалы, и веранда смотрела прямо на долину. Подойдя к краю уступа, Боди затаил дыхание и вслушался в ночь. Снова! Он верно расслышал. Вне всякого сомнения, это был звук двигателя в долине, всего в нескольких милях. Определенно это был автомобиль. Боди позвал слугу.

– Кого-нибудь ожидают сегодня в Гханерао? Слуга покачал головой. Он знал всех прибывающих и уезжающих, все о маленькой общине, и это была одна из основных причин, почему Боди нанял его.

– В это время ночи ничего не происходит, господин, первая почта приезжает в семь утра.

Какое-то время Боди размышлял.

– Сколько по дороге отсюда до города?

– Не знаю, господин, часа два, может, три.

– А пешком? Напрямик?

Слуга улыбнулся.

– Мой паренек может добежать за тридцать минут, он очень проворен.

Боди пристально вглядывался в окно, затем обернулся к слуге.

– Разбуди мальчика, – распорядился он, – затем разбуди других слуг. Надо укладываться. Я разбужу госпожу. – Он двинулся к спальне Джейн. – И приготовь для нас еду и напитки.

Слуга кивнул и кинулся к себе в комнату.

«Бог ведает, понадобится ли нам теперь все это», – пробормотал про себя Боди и пошел будить Рами и Джейн.

Джейн сидела на веранде, завернувшись в одеяло. Она была одета, сон окончательно прошел. Рядом с ней сидел Рами, а поодаль стоял Боди и всматривался в горизонт, ожидая сигнала. Он не был уверен, что что-то произойдет, не знал, будут ли их преследовать, но рисковать не стоило. С холма над долиной дорога хорошо просматривалась, мальчик мог увидеть огни автомобиля за тридцать – сорок километров. В случае опасности он должен был три раза мигнуть фонарем. Сжав перила веранды, Боди ждал. Позади него Джейн и Рами приготовились к худшему.

Через минуту он обернулся, глянул на лицо Джейн, бледное в свете тусклого фонаря, на напряженное от страха тело и кивнул.

– Надо идти, – сказал он, – нас преследуют. Они пошли через темные комнаты, вышли во двор к «лендроверу». Боди помог Джейн забраться на заднее сиденье и устроил ее среди одеял и подушек. Впереди были бездорожье и тряска, и в лучшем случае ей грозило неудобство, в худшем – боль. Он устроился на переднем сиденье, раскрыл карту и стал дожидаться, пока Рами сядет за руль. – Постарайтесь не тревожиться, дорогая Джейн, – посоветовал он, оглядываясь.

Она безучастно кивнула. Он не мог сказать ей других слов и заверений, их просто не было.

Они ехали по пересеченной местности уже часа два, когда услышали Джейн. Рами гнал изо всех сил, и «лендровер» трясся и ударялся о бесчисленные гребни и расщелины. Джейн стиснула зубы от боли, ее дыхание сбилось. Она сдерживала крик, острая боль в животе перемещалась вниз, к лону, и накатывала огромными волнами, которые захлестывали ее. Она не сдержала стона и согнулась пополам, сжав кулаки.

Боди обернулся.

– Боже мой! – Он склонился к Джейн и схватил ее за руку. – Джейн, старайтесь дышать глубже! Возьмите меня за руку! – Он перегнулся через сиденье. – Так, хорошо! Теперь сжимайте ее, когда почувствуете схватки… Хорошо! Сильнее, дышите! Хорошая девочка… правильно… дышите, пытайтесь расслабиться, когда боль отпускает. – Он обернулся к Рами.