– Но какой смысл лорду Стенмору причинять зло мальчишке? Ведь он потратил кучу денег, чтобы разыскать его, – сказала Молли.

– Но ты не знаешь этих людей... Я ни за что не доверю Джейми незнакомому человеку. Граф может оказаться негодяем, Молли. Я хорошо это знаю. Граф Стенмор не знает, что у его сына есть физические недостатки. Представь, что графу это не понравится. И что тогда? Как будет страдать Джейми, если сначала его отошлю я, а потом отвергнет отец, которого он даже не знает.

– Тогда поезжай с ним, – сказала Молли. – И увидишь все собственными глазами.

– Я...

Ребекка вдруг стала задыхаться, словно на шею ей накинули петлю.

– Адвокат, – продолжала Молли, – производит впечатление здравомыслящего человека. Уверена, если ты расскажешь ему о своих опасениях, он позаботится, чтобы тебе оплатили проезд. И мистер Батлер скостит вам несколько шиллингов.

Ребекка вспомнила, как убегала из дома сэра Чарльза Хартингтона. Вспомнила ощущение крови на руках и невольно вытерла их о юбку.

– Это единственный выход из положения, – продолжала Молли. – Можешь уехать на полгода, даже на год. Мы с мистером Батлером присмотрим за твоими комнатами.

Ребекка поставила локти на колени и закрыла лицо руками. У нее перед глазами стояло лицо Джейми. «Не отдавай меня, мама. Обещай, что не отдашь!»

– Это ответ на твою молитву, Ребекка. Ты сама отвезешь Джейми к его отцу.

Глава 5

Лондон

Мужчины, прохлаждавшиеся в тренировочном зале клуба на Мерилебон-стрит, быстро освободили пространство, когда замелькали шпаги. Как только по залу пронесся слух о поединке, зрители ринулись к перилам верхней галереи и стали заключать пари. Ставки доходили до тысячи фунтов. Участники поединка великолепно владели приемами боя.

– Пять судов, Натаниэль! – процедил сквозь зубы один из участников поединка.

– Я обещал только одно! – ответил Натаниэль, отбивая удар противника.

– Одно воспримут как случайность. – Натаниэль пошел в атаку, оттеснив противника на другой конец зала. – Пять будет смахивать на открытое проявление враждебных действий.

Преимущество Натаниэля оказалось временным. Ловко увернувшись от сокрушительного удара, противник ринулся в наступление под ободряющие возгласы зрителей.

– Это станет открытым проявлением враждебных действий только в том случае, если мы предадим огню весь их флот, будь он проклят. Но теперь, раз уж ты об этом заговорил...

Сэр Натаниэль Йорк, инспектор военно-морского флота, продолжал пятиться под стремительными ударами шпаги противника.

– Я удивлен, что ты, сукин сын, до сих пор не сделал такой попытки.

– Это всего лишь чертов бизнес, Натаниэль. – Противник Натаниэля сделал шаг назад и отбил удар.

– Губить человеческие жизни ради нескольких кусков золота – самое настоящее варварство.

– Все знают твое мнение на сей счет.

– В парламенте есть ряд политиков, которые придерживаются такого же мнения, и в ближайшее время будет принят соответствующий закон.

Натаниэль устремился вперед, но противник отбивал все его удары. Внезапно противники оказались лицом к лицу со скрещенными шпагами.

– И как отреагирует парламент на конфискацию пяти новеньких кораблей?

– Как бы парламент ни отреагировал, я буду бороться с этими подвизающимися на работорговле псами до тех пор, пока ни один порт в Англии не станет принимать их корабли, какую бы цену они ни сулили.

Быстрым движением Натаниэль оттолкнул шпагу противника вниз и тихо произнес:

– И ты не боишься последствий? Что, если правда выйдет наружу? Что и говорить, работорговля – бесчестный бизнес.