— Эй, Хлоя, — раздался позади меня голос. Я обернулась и увидела папу Джексона, а сам он стал возле небольшой группы людей и разговаривал с ними.

— Привет, Джон, — после стольких лет, что он поправлял меня, я наконец-то привыкла называть его по имени.

— Я сожалею о твоей утрате.

Я просто кивнула, не совсем уверенная в том, что сказать в ответ. Я не могу сказать ему, что не пролила ни единой слезинки с тех пор, как мама умерла, что я не чувствую ни злости, ни грусти, я совершенно ничего не чувствую.

— Я могу представить, как ты, должно быть, сейчас переживаешь.

— Да.

— Джексон упоминал, что у тебя не было возможности видеться с ней часто.

Я нахмурилась. Меня не волнуют разговоры о моей маме, но я думаю, это было бы невежливо, ответь я так.

— Ты хорошая девочка, Хлоя. Даже когда ты только переехала к тете и дяде, ты была хорошей. Я думаю, что ты хорошо влияешь на Джексона, он повзрослел за эти годы.

— Оу. Спасибо, — я была поражена глубиной этого разговора. Он сказал мне сейчас гораздо больше слов, чем обычно.

— Ты ведь знаешь, что это значит, правда? — он ждал от меня ответа.

— Что? — спросила я.

— Это значит, что твоя мама воспитала твою тетю и тебя, а дядя продолжает тебя воспитывать, и воспитывает хорошо. Но важно помнить, что все началось с твоей мамы. Я могу сказать, что твоя мама заботилась о тебе и любила тебя.

— Конечно.

Его слова меня не убедили. Он многого не знал о моей маме. Откуда ему знать, заботилась она обо мне на самом деле или нет?

Словно почувствовав мои сомнения, он продолжил:

— Я знаю, что это сложно разглядеть, но, как родитель, для меня это кристально ясно. Может, она не всегда знала, как сказать тебе, что любит тебя, но она показала это в том, насколько хорошо тебя воспитала.

Его слова заставили меня вспомнить все, что мама делала, чтобы научить меня думать за себя и нести ответственность.

Даже когда ей было очень плохо от излишне выпитого ночью, она все равно находила в себе силы, чтобы быть со мной и отвечать на мои бесконечные вопросы.

— Спасибо, Джон. Я думаю, вы правы. Моя мама была хорошей матерью, — это было откровением, которого я не ожидала.

Он протянул руку и похлопал по моему плечу.

— Я не сомневаюсь, что твоя мама гордилась тобой.

— Спасибо, Джон.

Он улыбнулся и кивнул, прежде чем покинуть меня, одиноко стоящую возле могилы мамы.

— Папа Джексона прав, мама. Ты была замечательной матерью. Хотела бы я сказать тебе спасибо за все, что ты сделала для меня. Я знаю, как тебе было тяжело поднимать меня, — я замолчала, почувствовав эмоции внутри себя. — Мама, я так по тебе соскучилась.

Мои ноги подогнулись и я, обессилев, рухнула на колени перед ее могилой. Тогда, впервые в жизни, я отпустила всю боль, весь гнев, слезы боли и потери, обиды, и похоронила все это глубоко внутри ради мамы. Когда я отпускаю весь негатив, я не могу сдерживать слезы боли, потери и они безвольно скатываются по щекам, как и все приятные воспоминания, связанные с мамой, они все всплывают на поверхность. Было такое чувство, что открылись все шлюзы. Каждой слезинкой я попрощалась с женщиной, которая любила меня больше себя самой.

— Дорогая? — раздался мягкий стук в дверь моей спальни.

Я подняла глаза от телевизора, но ничего не ответила.

— Дорогая? — снова позвала тетя Бетти. — Я принесла ужин тебе.

— Я не голодна, — сказала я, наконец, через дверь, которая нас разделяла.

— Милая, ты ничего не ела весь день. Тебе нужно съесть хоть что-нибудь.