Его внимание, однако, было рассеянным в эти первые весенние дни. Поскольку он не мог заняться поисками человека с разорванным плащом сам, то пришлось поручить расследование Леллдорину. Поиски предполагаемого убийцы разожгли воображение молодого и горячего астурийца, который рыскал по цитадели и только сообщал о бесплодных усилиях заговорщическим шепотом. Поручать такое деликатное дело Леллдорину, возможно, и было ошибкой, но никого другого у Гариона не было на примете. Любой из друзей немедленно поднял бы всеобщую тревогу, и тогда тайна осталась бы тайной на века, а Гариону этого не хотелось. Он еще не решил, как поступит с убийцей, пока не установит, кто и с какой целью швырнул в него нож. Слишком многое может иметь отношение к этому делу. Только один человек мог сохранить все в полной тайне — Леллдорин, пусть даже и пришлось предоставить ему неограниченные возможности перемещения по цитадели и слежки. С другой стороны, Леллдорин отличался уникальной способностью превращать пустяки в катастрофы, и Гариона это волновало не меньше, чем новое покушение на него.

Среди приглашенных на церемонию обручения была двоюродная сестра Се'Недры Зера, которая являлась личным представителем королевы Ксанты. Робкая и застенчивая дриада вскоре оставила свою сдержанность, в особенности когда попала в центр внимания пылких молодых дворян.

Подарок королевы Ксанты королевской паре Гарион нашел странным. Ксанта прислала два зрелых желудя, завернутых в простые листья. Се'Недра, однако, пришла в восторг от преподнесенного дара. Ей хотелось немедленно посадить два семени, и она побежала в крохотный садик, разбитый неподалеку от королевских апартаментов.

— Очень мило, — с сомнением прокомментировал Гарион, наблюдая, как принцесса, стоя на коленях, старательно обрабатывает влажную землю, чтобы посадить в неё желуди.

Се'Недра резко вскинула голову.

— По моему, ваше величество не понимает значения подарка, — произнесла она ненавистным официальным тоном, на который теперь переходила при разговоре с ним, когда была не в духе.

— Прекрати, — сердито сказал Гарион. — У меня есть имя, в конце концов… и я уверен, что ты его не забыла.

— Если ваше величество настаивает, — высокомерно продолжала она.

— Мое величество настаивает. Так что важного в этой паре желудей?

Она посмотрела на него почти с жалостью.

— А тебе не понятно?

— Нет, пока ты не соблаговолишь объяснить.

— Очень хорошо, — раздраженно сказала Се'Недра. — Один желудь с моего собственного дерева, второй — с дерева королевы Ксанты.

— Да?

— Ты видишь, насколько он глуп, — заметила принцесса сестре.

— Он не из дриад, Се'Недра, — ответила примирительно Зера.

— Сразу видно.

Зера повернулась к Гариону и сказала:

— Желуди на самом деле не от моей матери. Они — дары самих деревьев.

— Почему нельзя было это сказать с самого начала? — резко спросил Гарион у Се'Недры.

Она фыркнула и снова занялась землей.

— Когда появятся молодые побеги, Се'Недра свяжет их вместе, — продолжала объяснять Зера.