Алкаши явно вознамерились забить парнишку до смерти – тот перевернулся на спину, вместо лица у него было кровавое месиво. Кровь растеклась по всей полке. Том с отвращением отвернулся, пробормотав:

– Обитель Теней в своем репертуаре…

Жар навалился на него с утроенной силой, и он, еле волоча ноги, заковылял в ванную первого этажа, ту самую, где "жил" Коллектор.

Глава 8

Том не знал, сколько он провалялся в лихорадке: три или четыре дня. Ощущение было таким, точно он весь высох, превратился в соляной кристалл, который вот-вот треснет и расколется. Даже мягчайшие простыни царапали и жгли тело.

В бреду он видел каких-то людей, которые то появлялись, переговариваясь, то снова исчезали, будто мираж. В какой-то момент он узнал Дэла – лицо его было до чрезвычайности встревоженным. "Да не волнуйся так, – хотел успокоить его Том, – это меня решили наказать таким манером". Но когда он это выговорил, то обнаружил, что с ним рядом сидит Роза и держит его за руку. "Никакое это не наказание, – сказала она, – ты просто заболел". "Ошибаешься", – возразил Том, но вместо Розы перед ним была Елена с тарелкой супа, пытавшаяся его накормить. "Письмо мое так и не было отправлено", – укоризненно сказал он ей. "Конечно не было, – с фальшивым сочувствием улыбнулся ему Старый Король Коул. – Я же его сжег у тебя на глазах, вот так". Он поднял правую руку, и из указательного пальца вырвался небольшой столб огня. "Исцелите меня", – взмолился Том. Елена с Дэлом, неизвестно когда сменившие Коллинза, удивленно переглянулись.

Единственная более или менее вразумительная беседа во время болезни состоялась у него с дьяволом.

– Я знаю, кто ты, – заявил ему Том, подумав, что он уже, кажется, говорил кому-то то же самое, когда они с Дэлом только появились в Обители Теней.

Дьявол сидел на краю постели Тома и ухмылялся. Это был рыжий коротышка с неожиданно тонким, интеллигентным лицом, одетый как преподаватель начальной школы: бежевый твидовый пиджак и серые шерстяные брюки. Когда он заложил ногу на ногу, Том рассмотрел мокасины, сделанные под настоящие индейские.

– Естественно, знаешь, – проговорил дьявол, – ведь мы с тобой уже встречались.

– Как же, помню.

– Надо бы мне, конечно, представиться, вот только имя мое чересчур сложное, все равно не запомнишь. Так что, если хочешь, называй меня по инициалу – М.

– Это из-за тебя я заболел?

– Извини, но я не мог найти другого способа поближе познакомиться с тобой, поговорить с глазу на глаз. Ты, видишь ли, чересчур много суетишься, пытаешься противодействовать естественному развитию событий. Нельзя так, ты просто-напросто себя изводишь. Даже если б я не наслал на тебя эту болезнь, ты бы все равно свалился, и очень скоро.

Послушай, Том, я в самом деле беспокоюсь за тебя, серьезно беспокоюсь.

– И напрасно, – сказал Том.

– Но это же моя работа. – М, приложил ладонь к твидовому пиджаку, туда, где, по идее, должно быть сердце. – Работа эта заключается в том, чтобы заботиться о тебе, если хочешь, опекать тебя. – Ладони его растопырились перед грудью, – Мы, видишь ли, очень нужны друг другу и можем много сделать друг для друга. Единственное, что от тебя требуется, это перестать суетиться и беспокоиться понапрасну.