— Это стая, — тихо проговорил он. — Они собираются сжечь чучела стаи.

В тот же миг около дюжины сов, украшенных синими перьями, закружили над чучелами, распевая мрачную песню:

Продолжая петь, совы ринулись вперед и стали бросать в костер бусинки, книги, блестящие подвески и прочие предметы. Затем крупный виргинский филин подлетел к костру и поджег факелом кучку сухой растопки. Вскоре послышался веселый треск и громкие хлопки — это лопались в огне стекляшки и жемчужины. Когда огонь взметнулся выше, подбираясь к чучелам членов стаи, сплетенные из веток фигуры задергались в диком танце, словно хотели вырваться. Но языки пламени быстро добрались до них и проглотили одним огненным глотком. Снизу раздались ликующие вопли, но Кори заметил, что орали только члены Синей дружины. Остальные совы молчали и лишь зябко ежились, глядя на разгорающийся огонь. Едкая вонь горелого клея поднималась в воздух от сгоравших книжек, смешиваясь с печальным запахом прекрасных вещиц, умиравших в огне.

Тем временем в котловине Амбалы начался новый этап боевой подготовки. На этот раз совы учились летать, завернувшись в длинные пряди мха.

— Как я смогу делать свой коронный крутой вираж, когда на мне болтается эта зеленая бородища? — ворчал Сумрак.

— Замолчи, Сумрак, и будь внимательнее! — прикрикнула на него Гильфи.

— Ага, тебе легко говорить! Ты-то у нас такая крошка, что тебя клочком мха можно с головой накрыть.

— Все относительно, — заметил Копуша. Его длинные голые лапы были обмотаны ярко-зеленым мхом под названием мохнатый клевер. Совы Амбалы познакомили наших друзей с одной из своих древнейших традиций отмечания Ночи больших костров — с полетом зеленых сов. Этот обычай был упомянут в одной из самых древних поэм Амбалы, и вот как о нем говорилось:

В Ночь больших костров, с боевыми когтями и ветками, спрятанными под одеяниями из мха, стая вернется из изгнания и восстановит порядок на Великом Древе. Если король должен умереть… нет, они старались не думать об этом. Но если до этого дойдет, они должны быть готовы. Когда-то Сорен был готов убить своего собственного брата Клудца, и от нанесения смертельного удара его спасло только вмешательство Сумрака, проткнувшего Клудца своим оружием. Но сможет ли Сорен убить сына Клудца — своего собственного племянника?

Он сделает все, чтобы защитить Пелли, трех Бэшек и. Великое Древо. Ведь он был мужем, отцом и, наконец, Ночным стражем Га'Хуула!

Глава XXIII

Пробуждение

— Значит, я не смогу увидеть короля? — переспросил Кори.

— А кто ты такой, чтобы его видеть? — рявкнула пестрая неясыть с голубым пером, воткнутым под кроющие перья крыла.

— Но у меня к нему очень важное дело, — пролепетал Кори. Он не хотел называть стражнику свое имя, помня, как ужасная голубая сова приказала выволочь Кало из норы, а потом орала на нее, когда сестра посмела назвать Кори по имени. Эта голубая сова заявила, что назвать сову «Корином» было кощунством! Кори провел на дереве уже целых три дня, но до сих пор не смог увидеть короля, в честь которого его назвали. Внезапно из отверстия королевского дупла высунулась та самая отвратительная голубая сова и проскрипела:

— Чего хочет эта пещерная сова?

— Увидеть короля. Говорит, у него какое-то личное дело. Ведет себя крайне назойливо.

И тут Кори пришла в голову блестящая идея. Он изменит тактику. Он сделает все, лишь бы попасть внутрь!

— Это не вполне личное дело, — выпалил он.