Здесь были документы и не очень четкий видеофильм. Видно, его снимали с большого расстояния, или через щель в стенке фургона, или издали из‑за плотных кустов. Но все лица были хорошо видны.

Раус смотрел видеофильм, снятый на траурной церемонии в Балликрейне неделей раньше, и слушал магнитофонные записи. Он внимательно всматривался в лица ирландского священника, исполнявшего роль посредника, и человека из совета ИРА, стоявшего рядом с ним. Но когда Маккриди разложил на столе фотографии, взгляд Рауса то и дело невольно возвращался к одной, с которой на него холодно смотрело красивое лицо Кевина Маони.

Четыре года назад Том Раус был очень близок к тому, чтобы покончить с этим бандитом из ИРА. Маони скрывался от полиции. Лишь через несколько недель терпеливой работы удалось выйти на его след. В конце концов, обманом его убедили покинуть свое логово возле Дандолка в Ирландской республике и отправиться в Северную Ирландию. За рулем автомобиля сидел другой террорист из ИРА. Они остановились у бензозаправочного пункта возле Мойры. Раус преследовал Маони, но пока опасался приближаться к нему, получая информацию по радио от расставленных по дороге наблюдателей и с вертолетов. Раусу сообщили, что Маони остановился на заправку, и капитан решил идти на захват.

К тому времени, когда Раус доехал до бензоколонки, бак машины ИРА был уже полон и водитель снова сел в машину. Кроме него, в автомобиле никого не было. Раус решил, что потерял след своей жертвы. Он приказал напарнику следить за шофером ИРА и вышел из машины. Пока Раус возился с бензонасосом, распахнулась дверь мужского туалета, и из него вышел Маони.

На спине у Рауса, под широкой голубой курткой, был заткнут за пояс тринадцатизарядный «браунинг», излюбленное оружие в войсках специального назначения. Раус был в потрепанной шерстяной шапочке, на лице у него отросла многодневная щетина. Он ничем не отличался от ирландского рабочего, под легендой которого он и работал.

Раус присел на корточки, укрылся за колонкой бензонасоса, вытащил «браунинг», сжал его двумя руками и заорал:

– Маони! Стой!

У Маони была отменная реакция. Пока Раус вытаскивал оружие, он уже потянулся за своим пистолетом. Закон позволял Раусу прикончить Маони на месте. Потом капитан понял, что так и нужно было сделать. Но тогда он еще раз крикнул:

– Бросай оружие, или я стреляю!

Маони еще держал пистолет у пояса. Он бросил взгляд на колонку, на притаившегося за ней человека, на «браунинг» в его руках и понял, что проиграл. Маони бросил свой «кольт».

В это время на бетонную площадку вкатился «фольксваген», в котором сидели две пожилые женщины. Конечно, они понятия не имели о том, что происходит у бензозаправочного пункта, и поехали так, что их машина заслонила Маони от Рауса. Для Маони этого было достаточно. Он бросился на землю, снова схватил свой «кольт». Его товарищ хотел было подъехать к нему, но напарник Рауса был начеку и вовремя приставил пистолет к виску водителя.

Раус не мог стрелять, ему мешали две женщины, которые теперь остановили свой «фольксваген» и кричали от страха, не выходя из машины. Маони пригнулся, обежал сзади сначала «фольксваген», потом стоявший рядом грузовик и выбежал на шоссе. К тому времени, когда Раус обогнул грузовик с другой стороны, Маони был уже на разделительной полосе шоссе.

Чтобы не сбить бегущего человека, пожилой водитель «моррис‑майнора» резко затормозил. Маони укрылся за «моррисом», схватил старика за куртку, выволок его из машины, рукояткой «кольта» уложил на землю, прыгнул на место водителя и резко рванул с места.

В «моррисе» был пассажир. Старик вез свою внучку в цирк. Раус стоял на дороге и видел, как распахнулась дверца машины, как Маони выбросил ребенка.