По плану Маккриди дальше за судном на глубине перископа должна следовать подводная лодка. Субмарина уже стояла наготове недалеко от Мальты. Самолет с британской военно‑воздушной базы Акротири на Кипре сообщит подводникам, где искать грузовое судно. Подводная лодка будет преследовать судно до Ла‑Манша, где его перехватят корабли королевских ВМС.

Маккриди нужно было знать название грузового судна или, по крайней мере, порт его назначения. Через своих друзей из отдела расследований компании «Ллойд» он узнает, какие суда запросили места у причалов в этом порту и на какие дни. Тогда круг поисков резко сузится. Возможно, Маккриди вообще обойдется без Маони, если только ливийцы что‑то сообщат Раусу.

Через двадцать четыре часа Раус получил сообщение по телефону. Звонил не аль‑Мансур, голос был другой. Потом инженеры скажут Маккриди, что звонок был из ливийского Народного бюро в Никозии.

– Поезжайте домой, мистер Раус. Скоро вас там найдут. Ваши маслины прибудут морским путем в один из европейских портов. Вам лично сообщат о прибытии и о том, как их забрать.

В своем номере Маккриди долго изучал телефонное сообщение. Может быть, аль‑Мансур что‑то заподозрил? Может, он раскусил Рауса и решил сыграть на двойном обмане? Если он догадался, на кого в самом деле работает Раус, то он должен был понять, что Маони и его дружки тоже под колпаком. Или он приказал Раусу уезжать в Англию, чтобы Маони было легче уйти от наблюдения? Возможно.

На случай, если его предположение окажется верным, Маккриди решил подстраховаться и играть на два фронта. Он сам поедет с Раусом в Лондон, а наблюдатели останутся с Маони.

О своем отъезде Раус хотел сообщить Монике утром. Из Пафоса он вернулся раньше ее; она, возбужденная, раскрасневшаяся, приехала из Лимасола в три утра. Ее жеребцы в прекрасном состоянии, раздеваясь, говорила она, теперь они стоят в конюшне недалеко от Лимасола. Ей осталось только оформить кое‑какие документы, и можно будет отправляться в Англию.

Раус проснулся рано, но Моника его опередила. Он бросил взгляд на пустую постель, потом вышел в коридор. Номер Моники был закрыт на ключ. У стола администратора ему передали письмо – короткую записку в фирменном конверте отеля.

«Дорогой Том, это было прекрасно, но всему приходит конец. Я уехала. Уехала к своему мужу, к своей жизни, к своим лошадям. Не поминай лихом. Я буду помнить тебя. Моника».

Раус вздохнул. Дважды ему приходила мысль о том, что Моника – совсем не тот человек, за кого она себя выдает. Прочитав ее записку, он понял, что первое впечатление было самым верным – Моника была просто женщиной. У него тоже была своя жизнь, свой дом, свои книги и Никки. Почему‑то ему очень захотелось поскорее увидеть Никки.

Раус поехал в никозийский аэропорт. Вероятно, два сержанта следуют за мной, подумал он. Так оно и было. Но Маккриди опередил Рауса. Через шефа никозийского бюро Интеллидженс Сервис он узнал, что самолет королевских ВВС отправляется в Лайнем, в графство Уилтшир, раньше пассажирского лайнера британских авиалиний. Маккриди был уже на борту военно‑транспортного самолета.

Когда до полудня оставалось несколько минут, Раус выглянул в иллюминатор и в последний раз бросил взгляд на уплывавший из‑под крыла самолета зеленый массив гор Троодос. Он вспомнил Монику, Маони, который все еще подпирал стойку бара в «Аполлонии», аль‑Мансура. Раус с радостью возвращался домой. Самое главное в том, что зеленые лужайки Глостершира будут намного безопаснее Леванта.

Глава 5

Самолёт Рауса приземлился вскоре после ленча. Маккриди опередил его примерно на час, хотя Раус об этом не знал. Раус вышел из самолета в коридор, ведущий к аэровокзалу, и увидел стройную молодую женщину в форме «Бритиш эруэйз», которая держала табличку с надписью «МИСТЕР РАУС».