— Я люблю Габи, — уже не так твердо повторил Брукс. — Но ведь нам всем известно, какой она ребенок. А детей легко соблазнить…

— Но, насколько я знаю, тебе именно этого и хотелось? — спросила Стефания. — Чтобы она была маленькой девочкой, ребенком? Брукс изумленно посмотрел ей в глаза.

— Я никогда не требовал от нее этого, — возразил он. Но Стефания поняла, что он тоже сейчас вспомнил тот вечер, когда Габи просила не «всыпать» ей дома.

— Она хочет доставить тебе радость, — сказала Стефания. — В этом смысл ее жизни. По крайней мере, сейчас.

— Хорошее веселье, когда тебе сообщают о диких долгах! Стефания пожала плечами:

— А ты хотел, чтобы она каждый раз спрашивала у тебя разрешения потратить фунт?

— При чем здесь разрешение? Но я же должен быть в курсе того, что она делает, чем занимается. В конце концов…

— В конце концов, я поняла тебя, — перебила его Стефания. — Ты сидишь перед нами злой и раздраженный, потому что до сих пор еще не уверен в вине Габи, а между тем уже выгнал ее.

— Мне сказали… — Он запнулся. — Может быть, мне стоит поговорить с ней?

— Но это же ниже твоего достоинства, — опять едко проговорила Александра, — разговаривать с подлым предателем, который причинил тебе такие убытки!

— Она не предатель, — холодно возразил он. — Возможно, она просто попала в беду. А если я поторопился, то…

— Поторопился? Какая малость! Ты так поторопился, что она едва не икает от страха! И заметь: все это время ты не обмолвился с ней ни словом. Что же будет с бедняжкой, если ты вдруг заговоришь? Как насчет того, чтобы вначале отыскать действительного виновника, чтобы потом можно было уже без колебаний встать перед ней на колени и извиниться? Пока ей лучше пожить у Сабрины. Безопаснее.

— Сабрина, — вдруг раздался за спиной Стефании знакомый голос.

Она повернулась и увидела, что рядом стоит Антонио.

— Как у тебя дела? — спросил он. — Я не звонил тебе…

Она улыбнулась.

— Я знаю. — И после некоторого раздумья добавила: — Ты не присоединишься к нам? Он тут же взял стул от соседнего столика и сел рядом со Стефанией, наскоро поприветствовав Александру и Брукса и заказав коньяк.

— Если я помешал личному разговору… И снова наступила недолгая пауза.

— Вмешался в раскрытие тайны, — сказала Александра.

— Прошу прощения, — смущенно проговорил Антонио, глядя на Стефанию.

Та сумела-таки подавить смех.

— Мы обсуждаем проблему утечки секретной информации и внедрения вражеских резидентов для ее организации. Тебе что-нибудь известно о таких вещах?

— Ровным счетом ничего. У меня работают люди, которые несут за такие дела персональную ответственность. Они присутствуют на всех совещаниях, которые я провожу по вопросам продвижения строительства моего города — Как это понимать: строительство города?

— Так и понимать. Разве тебе что-то не ясно?

— Ты хочешь сказать, что начинаешь на пустом месте и возводишь там целый город? С домами, улицами, магазинами, со всем?!

— Со всем. Со школами и больницами.

— А где ты возьмешь жителей?

— Их не надо ниоткуда брать. Они уже есть и живут там в бараках. Я строю им новую жизнь.