— Хорошо. — Он полез в карман импровизированных шорт. — Позвольте мне возместить принесенный вам ущерб.

— У вас голова на месте? — возмутилась Кэтрин, снова приходя в ярость. — Вы хоть понимаете, что я чуть не задавила вас?

Он опустил руку и даже присел на сиденье мотоцикла от ее неожиданного взрыва. Его губы приоткрылись, словно он хотел сказать: «Ну и ну! Не женщина, а фурия!» Во всяком случае, именно это читалось на его лице.

— Но ведь этого не случилось, не так ли?

Кэтрин оторопела. Она покосилась на Майкла, но и тот смотрел на мотоциклиста во все глаза. Столь беспечное отношение к происшествию на дороге потрясло его не меньше матери.

— Вы выскочили передо мной, как черт из табакерки! — Она обвиняюще ткнула в его сторону пальцем. — Вы даже не притормозили возле стоп-сигнала! — продолжала кипятиться Кэтрин.

— Ну, солнышко, разве это преступление? Так, мелкое нарушение, пустяк… Я очень спешил.

Солнышко! О ком это он?

— Срочное дело? — спросила она, тут же вообразив уйму уважительных причин для подобной езды. Спешил позвонить врачу? Ехал в аптеку за лекарством? Она и сама как-то нарушила правила, когда Майкл сломал руку, играя в футбол во дворе. — Сейчас уже все в порядке?

— В самом наилучшем, — заверил мужчина, восхищаясь искренней тревогой в темных глазах женщины. По ним можно было читать, как в открытой книге, и все равно они интриговали; ибо их выражение менялось ежеминутно. Он умудрился заметить это, несмотря на то что их разделяла машина и еще пара метров до нее. — Все просто отлично.

Тут он ухмыльнулся, и Кэтрин поняла, что ее попросту разыгрывают. Водят за нос, как простушку. И когда он вытащил из прикрепленной к мотоциклу корзины пакеты с вином и кубиками льда для напитков, радостно плюхнув их на сиденье, она презрительно оттопырила губу.

— Вряд ли это можно назвать уважительной причиной, — возмущенно выдохнула она.

— Уверяю вас, это было очень срочное и архиважное дело! — Он постучал по циферблату своего шикарного «Ролекса». — Магазинчик на углу должен был закрыться через семь минут, а у меня в саду гости, которые в состоянии проглотить это быстрее, чем кошка, добравшаяся до сметаны!

— Что ж, отправляйтесь-ка к своим гостям, пока у вас все, не растаяло, и освободите дорожку моего соседа от своего мотоцикла, прежде чем заляпаете тут все маслом. А о царапинах на машине не волнуйтесь — одной больше, одной меньше!

Кэтрин демонстративно занялась вещами. Наполовину скрывшись в машине, она окинула салон внимательным взглядом и поняла, что пострадали лишь фиалка и коробка с коллекцией Майкла. Когда она передавала ее сыну, карточки с фотографиями бейсболистов посыпались на цементную дорожку. Свежий ветерок тут же подхватил несколько штук и весело понес их по лужайке.

— Тьфу ты, дьявольщина! — ругнулся Майкл и бросил на виновника всего случившегося такой сердитый взгляд, что Кэтрин стало неловко.

— Ну-у, это легко поправимо, рассортируешь еще раз, — похлопала она сына по плечу, стараясь не замечать любопытного взгляда мужчины. «Натворил дел да еще и уставился. Хоть бы поскорее убрался отсюда», — в сердцах подумала она. Снова Нырнув в машину, она достала рассыпанные карточки с заднего сиденья и попыталась вставить их в коробку.

— Не суй как попало! — возмутился раздосадованный Майкл. — И без того их теперь полгода разбирать придется!

Она хотела отчитать сына, но тут заметила, что пакеты со льдом и вином поставлены у колес мотоцикла, а предмет всех их злоключений направляется к ним.