— Не на Луне, — ответил парень непонятной фразой.

Майору некогда было в неё вдумываться, да и ни к чему. Он быстро вынул из нагрудного кармана блокнот, оттуда — фото Забурина.

— Смотри заодно, чтобы этот человек не проскочил здесь. Вдруг что — скрути мерзавца! Сумеешь?

— Обучены, — опять же коротко бросил Шурик. Посмотрел на карточку и прикрепил её на ветровом стекле.

— Скоро здесь проедет наша машина. Напомни ещё раз: дача Барковых. Пусть поторопится!

Они быстро пошли вперёд, почти побежали — небольшая группа из четырёх человек. Кандауров бывал в посёлке раньше. Он уверенно свернул на нужную дорогу и вывел всех к маленькой площади у автовокзала и базарчика. Задал пару вопросов местным жителям, торгующим на лотках, сказал:

— Давайте по этой улице, в сторону леса. Дача там. Узнаем по воротам с коваными цветами и по башням, как во дворце…

Даша не отставала от Игоря ни на полшага. Его судорожное напряжение, мелко бьющая дрожь передавались ей. Но она не позволяла панике затопить мозг: возможно, от ясности ума и быстроты реакции зависит судьба мальчика, а, значит, и их с Игорем судьба. А если впереди — самое страшное, тоже надо быть предельно собранной. Игорь тоже держался, хотя ему это давалось труднее. С того момента, когда он до конца поверил майору и осознал, какова его вина — сам привёл в дом убийцу! — невыносимая тяжесть давила его.

Ворота дачи Барковых оказались распахнутыми. На ходу вынимая пистолеты, Канадауров и Лоскутов побежали через пустой двор к дому. В этот момент их и окликнули.

В дверях длинного, овального, блестящего на солнце металлическими боками строения стоял парень с железной палкой в руках.

— Серёжа здесь! — крикнул он.

В тот же миг Даша почувствовала такую радость, что захотелось упасть в траву и заплакать. У Игоря загорелись глаза, а движения, не утратив быстроты, стали лёгкими, словно земля на минуту потеряла гравитацию. Однако оба милиционера всё же опередили их и первыми миновали посторонившегося Олега.

Пропустив Игоря и Дашу к мальчику, Кандауров стал так, чтоб никто не задел двух разложенных на полу тряпочек.

— Что здесь происходило? — спросил он Олега.

— Я застал этого… с ножом в руке. Вон с тем! — Олег кивком указал на отброшенный скальпель. — Но он ничего не успел сделать, только укол.

— Укол? Когда?

— Серёжа говорит, перед самым моим приходом. Но, может быть, он колол его и раньше: мальчик не может ходить.

Игорь, прижимая голову сына к груди, внимательно слушал. Поднял глаза на майора:

— Что же это?

— Ничего страшного. Анестезия пройдёт. Ещё он ему вколол викасол — кровоостанавливающее, — он всегда так делал. Но это должна быть небольшая доза.

— Да, — подал голос Лоскутов. Он присел на корточки и, не притрагиваясь, разглядывал аккуратно положенные рядом со шприцом две пустые ампулы. — Дозы маленькие.

— В больницу нужно!

— Обязательно, Игорь Романович. Сейчас подъедет наша машина — это дело нескольких минут. Здесь есть больница?

Кандауров посмотрел на Олега. Тот кивнул:

— В посёлке больница отличная!

— Вот туда мальчика сразу и повезём. — Кандауров вновь повернулся к Олегу. — Ты, похоже, спас паренька? Что здесь было?

— Вывернулся он… Не знаю, как!

— Оборотень!.. Ладно. Куда он побежал?

Олег покачал головой:

— Я не видал.

— Михаил! — Кандауров уже быстро направлялся к выходу.