– Силен! – похвалил приятеля Алексей Сорокин, тренировавшийся с ним в одном зале. – Но не слишком увлекайся ногами. Твой будущий противник, насколько мне известно, неплохо разбирается в борьбе. Так что можешь попасться на захват, особенно при верхних удара

– Брось, – отмахнулся Апраксин. – Чихал я на этого кабана. – И неожиданно с силой хлестнул ногой по надорванной груше. Та развалилась окончательно.

– Такой удар ему не поймать! – победоносно улыбнулся Сергей.

– Ну, ну… – с сомнением покачал головой Сорокин.

Оба они зарабатывали на жизнь в подпольном тотализаторе. Впрочем, не совсем подпольном. Власти прекрасно знали о его существовании, но смотрели на это сквозь пальцы. В конце концов, что тут страшного?! Ну дерутся ребята в полную силу без правил, состоятельные господа (а частенько и сами чиновники) делают ставки, прямо как на конских бегах. Смертельные случаи бывают редко, не многим чаще, чем в профессиональном боксе. А травмы… Гм, люди понимают, на что идут, никто их не заставляет… Алексей с Сергеем выступали в тотализаторе уже около года, однако пришли туда по разным причинам.

Алексей, демобилизовавшись из армии, не нашел иного способа прокормить больную мать и сестру школьницу, а Сергей, сын состоятельных родителей и студент престижного вуза, дрался ради красивой жизни (надоело клянчить деньги у скуповатого предка-бизнесмена) да острых ощущений. Одерживая победу, он, стоя над поверженным противником и слыша восторженный рев публики, весь трепетал от счастья, млел под восхищенными взглядами зрителей (особенно хорошеньких зрительниц) и ощущал себя сверхчеловеком. Апраксин, с детства занимавшийся карате, в большинстве случаев выигрывал, а редкие поражения воспринимал крайне болезненно.

Сорокин, напротив, относился к победам и поражениям довольно хладнокровно. Выиграл – прекрасно! Проиграл… Что ж, надо больше внимания уделять тренировкам, учесть допущенные в бою ошибки и впредь избегать их. Он тоже был каратистом, но не брезговал и приемами из других видов единоборств, за что неоднократно выслушивал нарекания от Сергея, свято соблюдавшего чистоту стиля Ши-то-р

– Жалко грушу, – сказал Алексей. – Я хотел еще немного поотрабатывать удары руками и головой. Ладно, пойду ставит лай-кик. – С этими словами он направился к обитой матами колонне.

Апраксин, пожав плечами, принялся делать растяжку…

– Апраксин – красаве техника – блеск! – доказывал багроволицый толстяк со стаканом виски в руке худощавому приятелю. – В прошлый раз он сделал Короваева за две минуты. Пяткой в ух – хлесь, и Коровай, хмырь болотный, в полном отрубе! Поставлю на него!

– А ты видел Малинина в деле? – поинтересовался его собеседник, затягиваясь сигаретой.

– Нет, да какая разница. Апраксин обязательно победит!

Худощавый едва заметно улыбнулся, но спорить не стал. Наконец прозвучал звонок, и зрители потянулись в зал…

«Шевелись, дохлятина! Чего косиш Дай ему в рыло!» – негодующе вопили завсегдатаи, сожалея в глубине души, что заблаговременно не запаслись гнилыми помидорами. «Работайте, сволочи, или вышвырну отсюда к чертям собачьим», – злобно шипел в углу ринга рефери, один из совладельцев тотализатора. Новички поневоле «зашевелились» и сошлись в ближний бой, беспорядочно лупцуя друг друга чем придется: кулаками, коленями, локтями, головами…

Савельев оказался выносливее, и спустя минуту Лазаренко распластался на полу.