— Ага, — пробормотал Гент, нервно озираясь по сторонам.

Особенно его волновал длинный пустой коридор за спиной и обстоятельный седовласый офицер рядом. Но коридор оставался пустым, а имп не спешил достать бластер и отстрелить ледорубу какой-нибудь жизненно важный орган.

Путь отсюда до центральных отсеков станции был неблизкий, Хестив уже в седьмой раз заверил Гента, что едва ли кому взбредет в голову прогуляться именно в этом направлении. Но там, на другом конце длинного коридора (как и здесь, собственно, тоже), располагалась целая имперская станция, битком набитая солдатами и офицерами, которым просто не терпится покуситься на жизнь ледоруба. Гент никак не мог избавиться от ощущения, что за ним постоянно и придирчиво наблюдают весьма недружелюбно настроенные зрители.

Дверь раскрылась, негромко пыхнул застоявшийся воздух.

— Ну что же вы? — Хестив сделал приглашающий жест. — Входите.

Чуть было не ляпнув: «Только после вас», Гент шагнул через порог и бросил на невозмутимого имперца заполошенный взгляд. Адмирал Пеллаэон поручился за этого человека, да. Но Хестив оставался офицером Империи, а Гент прибыл прямиком из Новой Республики. Если этот парень захотел бы оторвать голову трусоватому ледорубу, лучше места не сыщешь во всей Галактике.

Криков никто не услышит… А если и услышат, то что? Станет легче?

А затем Гент увидел комнату.

— Это ваше временное жилище, — сказал за его спиной Хестив. — Что скажете?

Гент что-то такое проблеял, он и дышать-то забыл, не то что говорить. И глазам практически не верил, хотя те и утверждали, что он, как новорожденный выпасок, пялится на фильтратор данных «эверест 448», два дешифровщика «д/квадрат» от самого Федуковского, пять периферийных процессоров «викстром К220», анализатор полного спектра «мериланг-1221»…

— Вам, вероятно, не приходится работать на подобном хламе, — извиняющимся тоном сказал Хестив. — Но будем надеяться, что оборудование сойдет.

… и новенький, с иголочки, терминал «мастерлайн-70». Гент чуть было сознание не потерял. «Мастерлайн-70»!!!

— Эт-то точно… не приходилось, — пролепетал бедолага, выпученными глазами оглядывая комнату.

И эти ребята собираются оставить его здесь? Совсем одного, без присмотра?

— Но подойдет… да, конечно же, подойдет… просто здорово подойдет!

— Я рад, — просто сказал Хестив, проходя вперед и открывая еще одну дверь, которую ледоруб впопыхах не заметил. — А здесь жилая комната, спальня и все прочее, так что вам нет смысла выходить из сектора. Собственно, после моего ухода вы можете поменять код замка, так что на вас никто не наткнется даже случайно.

— Ага… — Гент робко и любовно погладил процессор. — Да я тут накрепко запрусь. А ничего, если я прямо вот сейчас и начну, а?

— Как пожелаете, — чему-то улыбнулся имперец. Сквозь дымку, затянувшую мозги, Гент сообразил, что смотрят на него несколько странно.

— Если что-то понадобится, свяжитесь со мной, — сказал Хестив. — Вам известно, как это делается. Удачи вам.

— Ага…

Имп подошел к двери. Опять негромко пыхнуло воздухом, и Гент остался в одиночестве.

Выронив рюкзачок, ледоруб пихнул его ногой приблизительно в направлении жилой комнаты. Коварные имперские моффы, шныряющие во тьме и умышляющие против скромного одинокого представителя Новой Республики, были забыты. Гент подтащил кресло к «мастерлайну» и забрался на него с ногами.

А потом с блаженной отсутствующей улыбкой, граничащей с идиотизмом, сладострастно запустил пальцы в клавиатуру.