– Есть, – тихо сказала Ева. – Что насчет второй жены? Сына? Они у нас есть?

– О второй жене мы пока ничего не нашли. Многие записи были уничтожены во время Городских войн. К тому же базы данных изначально были далеко несовершенны.

– Вот почему эти клоуны – эти Лоуэллы – сумели подделать данные, – заметил Фини.

– Вероятно, первоначально они это сделали, чтобы уйти от налогов, – предположил Рорк. – Во время Городских войн перекрестили свой бизнес в «Манхэттенскую похоронную контору» – с фиктивной продажей здания. Потом это стал ритуальный центр «Закатный час». Еще одна перепродажа – примерно двадцать лет назад. Пять лет назад контора вернулась к первоначальному названию, при этом по официальным документам она опять перешла из рук в руки.

– Все время один и тот же трюк с разными именами.

– Плюс к тому немного творческой бухгалтерии, я полагаю, – добавил Рорк. – Я обратил на них внимание, когда прочитал, что Лоуэллы стояли во главе дела на протяжении четырех поколений. Меня это заинтересовало, вот я и начал снимать пласты.

– У этого парня золотой электронный заступ, – вставил Фини, хлопнув Рорка по плечу.

– Мы начали копать и выяснили, что трастовый фонд Лоуэллов владеет компаниями, которые владеют компаниями, и так далее, и так далее, включая те компании, которые якобы покупали и перекупали это здание.

– То есть они были тут все это время.

– Именно так. Представитель последнего поколения – Роберт – был назван так в честь деда. Вот он.

Рорк вывел на экран фото с удостоверения личности и данные. Ева подошла поближе и нахмурилась.

– Он не похож на портрет Янси. Глаза – да, пожалуй. Рот тоже. И все-таки на портрет он не похож. Возраст совпадает, профессиональные данные в порядке. Адрес в Лондоне.

– Это адрес Королевского оперного театра, – вмешался Фини. – Мы его уже прокачали. – Он постучал ногтем по изображению на экране. – Неужели Янси мог так промахнуться?

– Никогда раньше не промахивался. К тому же у нас есть двое свидетелей. Они подтверждают сходство с портретом. Это не он. – Ева провела пальцами по волосам. – Пора двигаться. – Распечатайте это. Мне нужна команда из пяти человек: Фини, Рорк, Пибоди, Макнаб, Ньюкирк. Мы нанесем им визит. Пусть команда идет за мной с опозданием на десять минут.

– Десять? – переспросил Рорк.

– Именно. Пора открыть нашу форточку пошире. Пора прийти на помощь Ариэль Гринфельд. Может, он сделает свой ход. Попытается взять меня – или по пути туда, или прямо там, внутри.

Тут вошел Янси, и Ева предупреждающе вскинула руку.

– Фини, добудь нам ордер. Я хочу пройти по зданию беспрепятственно. Янси, дай мне портрет.

– Вот она.

Сильное лицо, подумала Ева. Сильное и очень женственное. Миндалевидные глаза, тонкий нос, крупный рот, полные губы и каскад темных волос. Она улыбалась, глядя прямо перед собой. Плечи были обнажены, если не считать двух тонких, сверкающих алмазами бретелек. А на шее блестящая цепочка с кулоном в виде дерева.

«Древо жизни», – вспомнила Ева.

– Разрази меня гром! Еще одно очко в пользу румынской цыганки. Каллендар, скопируй это лицо. Найди ее. Прокачай данные, найди совпадение с портретом. Ищи в газетах, в журналах, в теленовостях с 1980 по 2015 год. Пересечения ее с оперой.

– Слушаюсь.