Я закрываю мою машину с пульта и иду к нему.

– Уговорил, – я улыбаюсь и сажусь на место пассажира.

Мы все трое, водим BMW X7 с логотипом компании на двери и на заднем стекле.

Наш логотип серебристо-серого цвета, и на темно-синем автомобиле смотрится хорошо. С

гордостью могу сказать: я его сама разработала.

– Что приготовила Джен? – спрашиваю Сэма, который включает радио.

– Она  хотела  приготовить  курочку  и  брокколи,  твою  любимую  еду,  но  тс-с,  я

ничего не говорил, - он возвращается к выбору радиостанций.

– Ну же, Сэм, от твоей музыки я засыпаю, – бурчу я.

– И? Мне уже не двадцать лет, как тебе. От твоей музыки у меня уши глохнут, –

смеется он, и аккуратно ведет автомобиль сквозь поток городского транспорта.

– Мне уже не двадцать, – обиженно бормочу я, и не могу скрыть ухмылку.

– Ах, прости, моей малышке уже двадцать два.

Мне  исполнилось  двадцать  два  года,  две  недели  назад  и  я  горжусь  своим

возрастом.

Через полчаса мы доезжаем, и Сэм паркует машину в гараже. Мы выходим из

машины и одновременно стонем разминаясь.

Наши взгляды встречаются, и мы оба смеемся. Когда входим в дом через дверь,

которая ведет из гаража в прихожую, раздается радостный голос:

– Наконец-то! – Джен выходит из-за угла и целует мужа и меня.

– Ну, моя Малышка, я приготовила тебе курочку и брокколи.

– Я знаю, Сэм сказал мне, – «сдаю» дядю.

– Ну, спасибо, – обиженно говорит он.

– Это твое наказание за то, что я должна была слушать твою дурацкую музыку, – я

показываю ему язык и вешаю свою куртку.

Я чувствую, у Сэма и Джен как дома, потому что провожу здесь много времени.

– Предатель, – смеется Джен, и мы идем на кухню.

Пахнет восхитительно, и мы садимся за большой обеденный стол.

Еда отличная, как и всегда и я довольно протираю живот.

– Я удивлена Чарли, – Джен смотрит на меня в удивлении, – куда вся эта еда

влезает?

– Сюда! – я указываю на свой живот, и она смеется.

– Ты выглядишь, как будто, тебя объедает вся семья, – смеется Сэм.

– Если ты хочешь выглядеть так же хорошо как я, ты должен каждый день нести

свою задницу в тренажерный зал, – я заламываю бровь. Единственный спорт, который

признает Сэм – это смотреть как другие занимаются им. И лучше, если это теннис и

гольф. Зевок!

– Нужно позвонить папе и сказать, что я ночую у вас, чтобы он не беспокоился, – я

достаю телефон из кармана и говорю в динамик:

– Папа.

– Звоним папе,– звучит голос из телефона, на что Джен качает головой.

– Неудивительно,  если  скоро,  вы  –  молодые  люди,  не  сможете  и  пальцем

пошевелить.

– Да, дорогая,– звучит голос папы.

– Привет! Я сегодня ночую у Сэма и Джен. А где ты сейчас? – я вхожу через

большую балконную дверь и смотрю в сад.

Сейчас середина ноября, и уже темно, хотя еще не больше семи вечера.

– Дорогая все ясно. Спасибо что предупредила. Я еще в клубе, мы начинаем еще

один раунд игры в сквош, – бодро отвечает он.

– Тогда удачи! Увидимся завтра вечером, когда ты вернешься.

– Спасибо дорогая. Да, передай Сэму, что он должен выслать мне предварительные

договоры на почту. Прекрасного вечера. Я люблю тебя дорогая.