Он был самым несносным мужчиной, какого она когда-либо встречала. Он относился к ней с явным презрением, как, впрочем, и ко всем остальным. Если бы она могла поставить его на место! Лизетта бросила на него взгляд, полный неприязни, и отвернулась. Затем поспешно вышла из комнаты. Выходя, она услышала его смех. С каждым шагом, разделявшим их, ей становилось все спокойнее.

Чтобы подняться по лестнице, ей потребовались почти все ее силы. Приблизившись к своей комнате, Лизетта потрогала лицо, чувствуя, что с ней не все ладно. Кожа ее увлажнилась. Может быть, следует сказать об этом Ирэн? Впрочем, возможно, ничего страшного, а Лизетта не хотела понапрасну беспокоить пожилую женщину. И не только это. Ей не хотелось выслушивать замечания Максимилиана, будто бы она симулирует болезнь, чтобы добиться сочувствия! Она решила снова лечь в постель, уверенная, что к утру будет чувствовать себя гораздо лучше.

У двери она увидела белый бумажный прямоугольник. Лизетта с любопытством наклонилась и подняла его, держась за косяк, чтобы не упасть. Ей показалось, что кто-то наблюдает за ней. Она обернулась, но в коридоре никого не оказалось. Облизав пересохшие губы, Лизетта посмотрела на предмет в своей руке. Сердце ее замерло, когда она увидела, что это было.

– Письмо, – прошептала она, внезапно почувствовав, что ей больно дышать. Конверт задрожал в ее руках. Это было ее письмо к Мари, нераспечатанное и неотправленное! Что это означает? Макс не отправил его. Но почему? Какую цель преследовал он? О Боже… Она ведь знала, что ему нельзя доверять, но у нее не было выхода!

Изумление Лизетты сменилось гневом, и, несмотря на тяжесть в животе, она повернула назад. Шаг за шагом она подошла к лестнице. Боль в спине и в голове усилилась. Она должна сейчас же увидеть Волерана и заставить его объясниться! Она должна немедленно узнать его замыслы! Дрожа от ярости, Лизетта ухватилась влажной рукой за перила и начала бесконечный спуск по лестнице. На полпути она увидела Макса, выходящего из столовой.

– Месье Волеран! – крикнула она, резко остановившись. – Вы должны сейчас же объясниться!

Он равнодушно взглянул на нее:

– В чем, мадемуазель?

Она подняла кверху письмо.

– Почему оно не отправлено? Что вы задумали?

Глаза Макса сузились.

– Что это?

Лизетта почувствовала, что бледнеет от злости.

– Мое письмо к Мари! Вы держали его у себя и не собирались отправлять! – Ее внимание отвлек резкий звон в ушах. – Не понимаю, – сказала она, пытаясь неловко отступить, когда он стал подниматься по лестнице. – Не было никакой причины… Зачем вы сделали это? Зачем? – Она с трудом передвигала ноги и едва не споткнулась. – Не подходите ко мне!

Лицо Макса было необычайно спокойным, однако что-то в его глазах пугало ее.

– Как ты получила его?

– Не важно. Скажите… почему… – задыхаясь проговорила Лизетта, с трудом подняв руку и бросив ему письмо. Оно не долетело до него и упало на ступеньки. – Я хочу назад к моему отчиму… Лучше быть с Сажессом, ч…чем оставаться здесь лишнюю минуту. Я ухожу от вас!

– Нет, – холодно сказал он. – У меня есть план для тебя, и ты останешься здесь.

– Я ненавижу вас, – прошептала она, закрывая глаза. – Ненавижу… чего вы хотите? – Лизетта приложила руку к голове, пытаясь унять боль. Только бы она прекратилась. Надо успокоиться, чтобы иметь возможность ясно мыслить.

Внезапно выражение лица Макса изменилось.

– Лизетта, – прошептал он и обхватил ее за талию, чтобы поддержать. Его невероятно проницательные глаза неотрывно смотрели на нее.