— Я бы посоветовал положить на колено холодный компресс, ваше высочество. И, конечно же, какое-то время вы должны соблюдать полный покой.

— Не волнуйтесь, мы как следует, позаботимся о принце, мистер Гиэри, — произнесла леди Белдон.

Затем синьор Векки помог принцу встать, предложив опереться на свое плечо. Все еще ощущая острую боль, пострадавший, прихрамывая, зашагал с помощью своего родственника.

— Вы приехали в карете принца Лаззары, не так ли? — спросил Дэймон, обращаясь к Элеоноре. — Если нужно, я мог бы отвезти вас с тетушкой домой.

Девушка насмешливо взглянула на него.

— В этом нет никакой необходимости, милорд! Сегодня вечером вы уже и так сделали больше, чем достаточно. На самом деле я была бы признательна, если бы вы впредь держались от нас как можно дальше.

И с этими словами она, повернувшись, последовала за принцем, чувствуя, что Дэймон пристально смотрит ей вслед.

Когда Элеонора села с тетушкой в карету принца, гнев, вызванный поведением Дэймона, все еще бушевал в ее душе, но постепенно, подъезжая в ландо к дому на Портман-плейс, она стала успокаиваться.

Возможно, она действительно заблуждалась, обвиняя Дэймона в совершении столь низких поступков, неохотно признавалась себе девушка, следуя за тетушкой по ступенькам и направляясь в изысканно-изящные комнаты виконтессы. Да, виконт повеса и мерзавец, однако это еще не дает ей права утверждать, что он умышленно хотел причинить вред невинному человеку только потому, что тот ухаживает за ней. Тем более что Дэймон не имеет на нее никаких видов.

Но в тот момент, когда Элеонора осталась наедине с тетушкой в гостиной, леди Белдон высказала собственное мнение на его счет.

— Мне не нравится, что ты продолжаешь поддерживать отношения с этим мерзким Рексхэмом, Элеонора, — произнесла Беатрис. — Твое общение с ним не должно выходить за рамки норм обычной вежливости.

— Конечно же, вы правы, тетя. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы избежать в будущем любых контактов с ним.

— Вот и хорошо. Не стоит давать принцу повод думать о тебе плохо. При каждом удобном случае ты должна всячески поощрять знаки внимания с его стороны, а присутствие Рексхэма может серьезно помешать вашим отношениям.

— Я отдаю себе в этом отчет, тетя.

Внимательно наблюдая за Элеонорой, Беатрис, поджав губы и нахмурив брови, задумчиво сказала:

— Полагаю, нужно рассказать тебе, что думает об этом синьор Векки.

— И что же он думает?

Пожилая леди насупилась еще больше.

— Он считает, что принц и сам большой распутник, когда дело касается женщин. Синьор Векки ясно дал понять, что его высочество вряд ли будет тебе хорошим мужем. Однако я не принимала бы эти предостережения всерьез. Родословная принца Лаззары и его манеры выше всяких похвал, не говоря уже о его состоянии, которое действительно впечатляет. Ну а что касается его личной жизни, то… он наверняка не хуже любого другого аристократа.

Элеонора постаралась ничем не выдать своих эмоций. Прежде до нее уже доходили слухи о том, что у принца репутация человека, ведущего распутный образ жизни, но до сих пор она предпочитала пропускать это мимо ушей. И совсем не потому, что хотела оправдать его. Как писала Фэнни Ирвин в своей книге, даже закоренелых распутников можно было исправить настоящим чувством, поэтому Элеонора не спешила клеймить принца за его прошлые грехи. Возможно, Лаззара изменится, повстречав свою половинку, женщину, которая завоюет его сердце.

«А вдруг эта женщина именно я?» — спрашивала себя Элеонора. Ах, если бы ей удалось пробудить истинную любовь в сердце принца, возможно, ради нее он отказался бы от своих дурных наклонностей. Элеонора подумала, что, похоже, с Дэймоном у нее это не вышло, хотя если бы он по-настоящему полюбил ее, то уж точно не стал бы продолжать крутить роман со своей любовницей, после того как посватался к ней.