- Дай мне минуту, чтобы одеться, и я буду готов,- говорит Син.

- Конечно.

Я остаюсь наедине с Абрамом. Не могу дождаться, чтобы увидеть, как он будет использовать это время.

- Поздравляю со свадьбой.

Чертов лгун.

- Я ни на йоту не поверю, что ты хоть сколечко доволен моим браком с Сином.

Он смеется.

- Ты - игривая штучка. Готов поспорить, что твоя игривая натура непосредственно отражается в спальне. Наверно, поэтому мой племянник был готов пойти на что угодно, чтобы сохранить тебе жизнь?

Он раздражает меня. Я вижу это по его глазам, а он лишь наслаждается этим.

- Только не говори, что приехал сюда, чтобы обсудить мою сексуальную жизнь с мужем.

- Ты права. Мне плевать, что ты там делаешь с ним в постели. Однако мне действительно интересно, что привело тебя в Эдинбург.

Син говорит, что мы не должны ничего объяснять Абраму. Он ничего не рассказал ему, и я тоже не собираюсь это делать.

- Не понимаю, о чем ты.

- Да ладно, миссис Брекенридж. Ты - агент ФБР, и попала в Братство исключительно через постель. Ты заставила моего племянника жениться на тебе. Это точно не совпадение.

Абрам напуган. Он был посвящен во все события и знал все и обо всех в Братстве. До меня. Животное, которому угрожают, опасно. Вероятно, мне не стоит пугать его еще больше. Но я буду.

- Разве тебе не плевать на мои побуждения?

- Послушай, девчушка. Я провел в этой семье пятьдесят три года. Ты же пять минут. Ты ошибаешься, если думаешь, что все будет по-твоему. Ты не победишь.

Я усмехаюсь, поскольку мне, на самом деле, смешно. Он пытается меня задеть.

- Я люблю Синклера, а он любит меня. Это - все, что ты должен знать.

- Твоя мать сделала ту же самую ошибку с Таном, что и ты с Сином сейчас.

Я качаю головой.

- Ты до сих пор полагаешь, что я - дочь Аманды Лоуренс.

- Моя дорогая Стелла Блю Лоуренс …, я мог бы рассказать тебе все подробности о смерти твоей матери. Я знаю все. Кто. Почему. Зачем.

Он блефует. Если бы он знал, он рассказал бы Тану еще несколько лет назад. Он не решил бы внезапно выложить всю правду женщине, которую он не знает. Это - ловушка, чтобы заставить меня признать, что я - дочь Аманды Лоуренс. Но это не сработает.

- Если бы ты что-то знал, то рассказал бы об этом Тану давным давно.

Я усмехаюсь, не позволяя себя обманывать.

Син возвращается, и мы замолкаем.

- Я готов.

Мой муж подходит ко мне и заключает в обьятия.

- Ты знаешь, что делать?

- Знаю. Не ждать тебя до утра.

Он быстро целует меня. Если бы Абрама не было здесь, я получила бы что-то более существенное.

- Будь осторожен.

- Всегда.

Он шепчет мне на ухо.

- Раздевайся и жди меня.

У Сина есть новая навязчивая идея. Он каждый раз возвращается чрезвычайно возбужденным из своих «командировок». Он такое животное. Но мне нравится это.

- Голой и влажной. Именно такой ты найдешь меня, когда вернешься.

- Идеально.

Я просыпаюсь от звука льющейся воды. Странно. Син всегда принимает душ после того, как приходит после улаживания дел Братства, но никогда прежде, чем сказать мне, что он вернулся живой и здоровый.

- Син?

Никакого ответа. Я встаю с кровати и иду в ванную.

- Ты не разбудил меня, когда пришел. Все хорошо?

- Ага.

Странно слышать от него такое. Я привыкла слышать “да”.

- Ты уверен?

Он не отвечает. Я всматриваюсь в запаренную кабинку душа. Руки Сина прижаты к плитке на стене. Каскад воды падает на его плечо и сбегает дальше по его спине. Мои глаза немедленно находят рану на левой стороне его поясницы. Совсем недавно она была зашита.