— Совершенно верно, — парировал Акила. — Библиотека — для тех, кого здесь нет, для людей, что празднуют мою свадьбу на улицах. — Он вызывающе улыбнулся барону. — Я строю библиотеку для ваших слуг, барон Гласс, может быть, они сгодятся на большее, нежели готовить пойло для ваших свиней и стричь ваших овец.

Лицо барона побагровело.

— Король Акила, не всем дано быть знатными. Мое право рождения даровано мне Небом.

— Чепуха, — отрезал король.

— Это не чепуха, — настаивал Гласс. — Та же сила, что сделала меня знатным человеком, посадила вас на трон. Вы думаете, мои подданные стали пастухами, потому что я не допускал их к лучшей доле? Нет. Они стали пастухами, ибо больше ни на что не способны. Это воля судьбы.

Это замечание завело Акилу. Подобно многим в Лиирии, Гласс был поклонником культа Неба, веря, что мир контролируют невидимые силы, не Бог и не дьявол. Это было одно из верований, распространенных в Лирии, но имевшее влияние на всю страну. Гласс же являлся его горячим сторонником.

— Барон, сегодня день моей свадьбы, — начал Акила. — Я не хочу испортить его разговорами о политике или религии, и вообще не желаю с вами спорить.

— Вам лучше послушать меня, — настаивал Гласс. — Я не одинок в таких мыслях. Есть и другие, кого беспокоят ваши идеи, милорд. Они находят их опасными, так же, как и я.

— Народ поддерживает меня, — сказал Акила.

— Народ не управляет канцеляриями. Вы и я знатного происхождения и знаем, как управлять. Ваш отец, по крайней мере, верил в это.

— Я — не мой отец!

Музыка внезапно смолкла. Акила откинулся на сиденье, и взгляды присутствующих остановились на нем. Барон Гласс улыбнулся и поднялся со своего места.

— Нет, вы — не он.

Перед тем, как он ушел, Акила остановил его:

— Подождите.

Глас остановился и обернулся с вопросительным видом. Разгневанный Акила решил все-таки высказаться прямо.

— Пожалуйста, все послушайте меня, — призвал он толпу к вниманию. — Я хочу сделать заявление.

— Заявление? — удивился Лукьен.

— Акила? — попробовала вмешаться Кассандра.

— Я ненадолго уезжаю, — сообщил Акила. — Собираюсь в поездку, это будет тур доброй воли, если можно так выразиться. Хочу представиться нашим соседним государствам. Пусть повидаются со мной и знают, что в Лиирии у них есть союзник.

— Что? — поразился Гласс. — Милорд, вы же только что вернулись. Еще не высохли чернила на договоре с Рииком.

— Пусть так. Я еду. Государства, такие, как Марн и Норвор, должны знать, что мы их союзники. Это будет началом новых отношений между народами на всем континенте.

В толпе зашептались. Как и ожидал Акила, канцлеры начали неодобрительно качать головами.

— Милорд, вам не кажется, что вы слишком спешите? Наверное, стоит послать вначале эмиссаров.

— Слишком спешу? Как в Риике, вы хотите сказать? Или вы думали, что я удовлетворюсь этой миссией?

Гласс вздохнул с унылым видом.

— Я думаю лишь о вашей безопасности, милорд. И о благе Лиирии.

— Отлично. Насчет блага Лиирии мы с вами совпадаем во взглядах. Поэтому я и отправлюсь в путешествие. Это важно.

— Король Акила…

— Это важно, — повторил Акила. Он посмотрел на Гласса. — А теперь, заставьте ваших лордов понять это, барон.

Барон был поражен тоном Акилы.