— Тоже неплохо, — я задумался, обдумывая этот план, но меня перебила Алиса.

— Фиксирую приближение мух и стрекоз…

— Значит, они здесь всё же есть… — вздохнул я. — Это было предсказуемо. Взлетаем! Щиты на полную!

В этот момент Возмездие засияло жёлтым энергощитом, с трудом замаскированным под ЭЛИ барьер. Надеюсь, Генерал не поймёт, что это.

Лазеры принялись бить по небесам и аэростатам, на нас тут же полилась кислота, которая испарялась от контакта со щитом. А затем мы выскочили из тумана, и я сразу отключил щит. Поддерживать его слишком дорого…

Минуту спустя показались мухи и стрекозы, общей численностью выше сотни.

Я же всё летел вверх, когда вдруг получил звонок от генерала.

— Герцог. Фиксирую множество целей! Это жуки? — услышали мы его голос из динамиков, а изображение генерала, сидящего за столом, появилось в верхней части главного «лобового» экрана.

— Жуки. Мухи и стрекозы. Передаю картинку.

— Чёрт… Сейчас вызову авиацию.

— Нет нужды. Справимся.

А затем мы удалились от мух, дабы отделить их от стрекоз, и началось сражение, в котором я почти не получил повреждений. Стрекозы впивались в мой корпус, словно комары, но тут же уничтожались турелями. Легкотня.

Потом и мухи были сбиты.

— Генерал, враг уничтожен, — передал я краткое сообщение и полетел в сторону полуострова. Хотелось спровоцировать больше авиации Генерала и посмотреть, что у него есть в наличии.

Но как минимум я уже знаю, что авиация у него есть. Осталось понять, сколько и есть ли ещё что? И оказалось, что есть.

Когда я долетел до шведского города Ёвле, из тумана вылетели полчища стрекоз… Сотен пять!

— Мамочки… — перепугалась Дарья, ведь это уже серьёзное… Пусть корпус им не пробить, но они могут уничтожить все мои турели, даже повредить двигатели.

— Выпускаем истребители? — спросила Алиса.

— Нет. Их всего восемьдесят. Просто потеряем дорогостоящую технику. Будем биться на максимальной скорости. Стрекозы, в отличие от нас, стрелять не умеют.

Я уже летел в сторону Гренландии, постепенно набирая высоту. Стрекозы же быстро догоняли нас, так как использовали мешочек на своих хвостах для резкого ускорения.

— Блин, далеко! Тяжело попасть! — проворчала Женя.

— Просто стреляй, — рыкнула Василиса. — Им приходится уклоняться, а значит, терять скорость.

— А-а-а-а, вот оно что… Ой! Попала!

Лазерные турели активно стреляли по стрекозам, которые постепенно приближались. Отпускать они нас не собирались, на что я и рассчитывал. Генерал, видимо, думает, что прошлая группа смогла меня повредить.

И да, она повредила. Корпус… Но для меня это как лёгкие царапины. Само заживёт. В итоге сейчас за мной летел треугольник из стрекоз. Те, что шли ровно позади, по ним почти не стреляли. А по тем, кто сзади и чуть левее да правее, по тем били из пушек.

Количество стрекоз медленно уменьшалось, но чем они были ближе, тем более меткими мы становились. А стрекозы, которые уклонялись, либо резко отставали, либо врезались в других стрекоз.

А затем они начали резко ускоряться, выпуская газ из хвостов. Стрекозы стали приближаться к нам и умирать пачками. На таких скоростях они не могут маневрировать. Я стрелял по ним почти прямой наводкой.

Стрекозы же постепенно долетели и, сделав последний рывок, зацепились лапами за корпус. Я начал резко тормозить и, пока стрекозы рвали мой корпус, выпустил дроны-истребители.

Когда твари заметили их, разом потеряли более шестидесяти особей. Истребители тут же разлетелись в разные стороны, а стрекозы рванули за ними. Вот только стрекоз осталось едва ли две сотни…

Поэтому вскоре насекомые были уничтожены, а истребители, небольшая часть из которых была сбита и утонула в море, вернулись.