Для инспектора не стало бы большой неожиданностью, если бы выяснилось, что Край вместе с профессором и аппаратом уже безвестно сгинул не в легендарном Третьем мире, а просто в древних подземельях Лубянки. А вся возня со сменой министра и прочее – лишь масштабная акция прикрытия. С другой стороны, аппаратура точно зафиксировала выход группы парий в Третий мир. Дела-а – вышел, значит, и где-то там растворился пролаза Край заодно с Наплековым, а следом за ним и Бурун. И никто не вернулся назад, кроме группы майора Токарева, пытавшегося поймать Края под землей, но получившего по зубам.

И не удалось установить, где скрывается Край. В клане ли, сам ли по себе или все в том же подземелье? Ни о нем, ни о его аппаратуре достоверных сведений в оперативной базе данных нет. Также неизвестным остается и местонахождение творца прибора – профессора Рунге и еще кое-кого из приближенных Края – врача Женевьевы Александер и бывшего начальника службы технической безопасности Центра на Р66, где, собственно, и был разработан прибор Отто Грабера. Этот подозревается в сговоре с Краем и разыскивается как госпреступник. При входе на Лубянку он засветился, а на выходе – нет.

Неувязочка? Да! Сделаем пометку и отложим пока.

От Подразделений Правопорядка помощи ждать не приходится – они хоть и номинально подчиняются метрополии, но давно и качественно прикормлены мэром. Нет, если и искать ниточки заговора, то только среди самой верхушки. А это всего пяток отборных и наследных негодяев. Вот только без агентуры ни черта тут не разгребешь.

О черт, замкнутый круг какой-то! Положение оказалось еще хуже, чем Гор предполагал с самого начала. Чертова планета! Чертов проходимец Край!

Гор поморщился и покосился на невозмутимого Корчагина, прочно оседлавшего стул, – может, и вправду стоило послушать Некрылыча и врезать этим свиньям по первое число? Взять на себя временное управление Куполом, прижать голь, что кучкуется за стенами Купола вокруг клана, откуда и происходит сам Край…

Но сначала разобраться в Куполе, приструнить олигархов. На масштабные действия нет ни времени, ни достаточных сил. Бастард погоняет, опять звонил и орал, как кастрированный.

Надо приступать к работе.

21.

Я ссыпался по щебню вниз и якобы беспечно вышел на самую середину отлогой и узкой низины, которая когда-то была улицей. И остановился, заложив руки в карманы. Ни Еж, ни Вася, ни уж тем более я не знали, на чью территорию нас занесло. А нам срочно нужно раздобыть любое средство передвижения, какое только возможно. Хоть лошадь, если бы в этих каменных джунглях способны были родиться лошади.

Может быть, наша неуязвимость произведет впечатление. Пусть меня лично и не знают на севере Москвы, но уж имя Моби Дика, смею надеяться, достаточно известно в городе. Самое время этой известностью попользоваться. Даром, что ли, я старался?

Стою себе, насвистываю, только что в носу не ковыряюсь, а Еж притаился за кучей мусора – страхует на всякий пожарный. Короче, стою, жду, когда хоть один из них клюнет на такую приманку. Нет, никак не решаются. Скорее уж тот, что засел где-то за спиной – я его прямо-таки всей кожей чувствую, – пальнет из самострела. Ну ладно, пусть попробует, если болта не жалко. Я-то переживу, а их, может, это в чем-нибудь убедит. И вдруг чувствую: низкий, почти на пределе слышимости, гул начинает отдаваться в моей диафрагме, словно где-то неподалеку проходит колонна тяжелой техники. Штурмовик?.. По звуку похоже.

Оглядываюсь – пока его не видно, где-то в стороне утюжит, гад. Однако не хватало только, чтоб меня этак вот просто заметили. Еще начнут садить из орудий. Тогда у меня точно никакого разговора не будет. Нет, брат, шалишь! Еще раз бросив взгляд в мутное низкое небо, из пучин которого в любой момент может вынырнуть смертельно опасная машина, бросаюсь к развалинам, где в полузасыпанном подвале сидят остальные члены моей группы под бдительным присмотром Хирурга.