Затем одним размашистым толчком он вошел в нее. На этот раз он все держал под контролем, управлял каждым ее движением. Вжимал ее своим телом в матрас. Его руки и губы возбуждали ее.

Оргазм настиг ее резко, захлестнул мощной волной. Роберт с трудом сдерживался.

Он подождал, пока она переведет дух, и вновь вошел в нее. Она была набухшей и влажной еще с первого раза, тело ее стало чувствительным до крайности благодаря его изысканным ласкам. Она не переставала его желать, и казалось, никогда не насытится.

Она кончала раз за разом, заливая его своими соками, и все это продолжалось до тех пор, пока его неистовство не сравнялось с ее безумием.

Ему нравилось ее возбуждение.

– Еще, еще, – шептал он ей на ухо. – Давай же, не держи его в себе. Отдавай мне все. Отдай себя всю. Все равно не удержишь.

И она не могла ничего удержать. Она трепетала. Она дрожала. Она кричала от страсти. Слезы текли по ее щекам, но она прижимала его к себе. Он вел ее, устанавливая свой темп, и их тела поднимались и падали на волнах страсти.

Так продолжалось долго, очень долго, наконец, не, в силах больше терпеть, Роберт закричал и излил в нее свое семя.

Роберт впервые встретил такую женщину, как Клариса. Он опустился на нее, вжимая ее в постель своим телом, и вдруг подумал о том, что станет делать, когда им придется расстаться. Отпустит ли он ее? Или станет удерживать всеми, возможными способами?

– Давай, милая, тебе пора возвращаться к себе в спальню. – Роберт помог Кларисе подняться и торопливо, натянул на нее платье. Она стояла покачиваясь, пока он застегивал пуговицы. Она едва держалась на ногах. Солнце уже поднялось, над вершинами холмов.

– Светло, – бормотала она. – Хоть бы не попасться никому на глаза. – Ее вид не оставлял никаких сомнений относительно того, чем она занималась ночью. Бросив на себя взгляд в зеркало, Клариса увидела женщину с припухшими губами, спутанными волосами и румянцем, природа которою станет ясна всякому, кто испытал нечто подобное. А может, то была краска стыда, ибо этой ночью она делала такое, о чем и помыслить не могла. Она вообще не знала, что такое возможно. Она предавалась запретным утехам с ним, с Робертом.

Она встретилась с ним глазами в зеркале, и ей захотелось завизжать от стыда. Или от желания? Но между ногами у нее саднило. Вряд ли она смогла бы снова принять его в себя. Но когда тело чего-то хочет, разум молчит. Может, она потеряла рассудок? Предложи ей Роберт лечь сейчас с ним, она согласилась бы без колебаний.

– Когда вернешься в спальню, попроси, чтобы тебе принесли завтрак в постель. И спи.

– Вряд ли я смогу уснуть. – Возбуждение, несмотря на крайнюю усталость, не отпускало Кларису.

– Ты должна выспаться, – сказал Роберт. – И хорошо выспаться. Ты должна выглядеть свежей на балу, чтобы очаровать полковника Огли, после чего мгновенно сменить наряд, загримироваться под Кармен, встретиться с полковником и разыграть перед ним сцену так, чтобы он выполнил наши требования.

– Я знаю. Ты прав.

– От тебя зависит жизнь Вальдемара. Сама справедливость в твоих руках. А я… Я верю в тебя всем сердцу – Он нежно погладил ей шею. – Никогда не встречал женщины более умной и более талантливой. Я хочу заботиться о тебе до конца жизни.

О Господи! Она, кажется, влюбилась в него. Наверняка. Только любовь могла заставить ее согласиться на авантюру с фальшивой Кармен. Авантюру, грозившую ей смертельной опасностью. Да, она влюбилась в Роберта.

– Я сделаю так, как ты пожелаешь.