Когда люди смотрели на Гогси, они видели только короткую стрижку и татуировки. Он знал: они думают, что его дом (самый большой на всей их гребаной улице, кстати) был куплен на деньги от кокаина. Это, прямо скажем, было правдой, но это касалось исключительно его. К счастью, у дома был огромный сад, и Билли приходил кормить тигра в большом вольере, построенном специально для животного. Гогси всегда беспокоило, что кто-нибудь настучит властям, может, эта любопытная старая кошелка в домишке по соседству, эта миссис Жардин. Она постоянно пыталась заглянуть к нему. Пронырливая старая перечница.

Техас. Штат Одинокой Звезды, «Да, сэр», — говорили Гогси в барах и ресторанах Сан-Антонио и Остина. Там не было разницы между баксом из Пилтона и баксом из Мюррейфилда. Да, можно продать такой вот дом, как у него, и купить ранчо солидного размера, и еще сдача останется — на конюшню дешевых лошадок. И на ежедневный стейк размером с доску для серфинга!

«Ага, в жопу Британию, в жопу Шотландию, — думал он. — Гребаный нужник, полный неудачников. Но, — признался он себе с сожалением, — я тоже допускал ошибки».

Когда в его доме бывали вечеринки, Гогси не мог удержаться, чтобы не показать Киплинга пацанам. Но иногда с теми были стремные телки, не те девчонки, которые знают, что к чему, а тупые любительницы вечеринок по пенни за десяток, которых пацаны подбирали по дороге из ночного клуба, обычно в заведении Ронни. До хера болтливы некоторые люди: никогда не знаешь, кому можно доверять. Ага, это всегда проблема. А еще эта гребаная Мона…

Он смотрел, как идет его подружка, толкая тележку через зал: высокие каблуки, серебристый спортивный костюмчик в обтяжку от модного дизайнера, в светлых волосах переливаются платиновые пряди. Бледная как моль — ей не удалось как следует позагорать во вторую неделю, расклеилась из-за отравления после ресторанных морепродуктов. А ведь сама захотела пойти в эту грязную мексиканскую забегаловку. «Аутентичная», — так она ее назвала. Мона была аутентично грязная и глупая корова, потом целую неделю не знала, какой стороной повернуться к унитазу.

Для Гогси была унизительна необходимость ловить такси, но у него отобрали права. Они погрузили багаж, и, когда садились в машину, Мона оступилась, так что один каблук напрочь отлетел. «Твою мать!» — выругалась она.

Это были туфли от Гуччи, которые она обожала, но Гогси почувствовал злорадство, ведь он постоянно говорил ей, как глупо надевать высокие каблуки в дорогу. Он ничего не сказал, но его крокодилья ухмылка говорила сама за себя.

— Чё лыбишься? — спросила Мона, опустив стекло и выплюнув жвачку.

Гогси уселся поудобнее и надвинул на глаза «стетсон».

— Похоже, мы привезли с собой немного техасского настроения, — удовлетворенно пробормотал он.

Ему не терпелось снова увидеть Киплинга. Гогси оставил тигра впервые за восемь месяцев владения; он купил его у цыганского цирка, гастролировавшего по Англии. Пятнадцать штук. Цыганенок предложил в придачу и девчонку, еще за три штуки, даже показал Гогси фотки, все дела. И ведь он сильно колебался, когда просматривал их. Содержание девочек из Восточной Европы куда дешевле обходится, чем таких, как Мона. Не, загадочный Дальний Восток — вот его будущее. Всё, в следующий раз, когда ему захочется новую телку, он возьмет тайку.

Слава богу, Джордж Тернбулл, приглядывающий за большими кошками в Эдинбургском зоопарке, помогал ухаживать за Киплингом. Хороший парень этот Джордж, образованный, но не выпендривается, как некоторые.