- Я не чувствую молитвенную комнату, - сказала Мод. - Она у тебя есть?

- Нет.

- Тогда я ее сделаю. За кухней. - Она закрыла глаза, сосредотачиваясь.

Вампиры дорожили своими семьями. Худшей участью, которую мог представить себе вампир, была смерть в одиночестве. Они погибали на поле битвы в окружении других вампиров, или умирали у себя дома, под присмотром родственников и возлюбленных. Арланд не будет один. Это было наименьшим, что мы могли сделать.

- Там должна быть ванна, - подсказала я ей.

Она одарила меня взглядом, ясно говорившим, что она не идиотка, и снова закрыла глаза.

Я почувствовала, как гостиница зашевелилась, меняясь в ответ на волю сестры. Была в этом определенная вялость, словно бы Гертруда Хант колебалась, прежде чем выполнить перестановку.

- Делай, что она просит, - прошептала я, так тихо, что едва сама расслышала. Это не было приказом или требованием. Это было разрешением.

Гостиница зашевелилась быстрее.

Арланд продолжал истекать кровью. Чем больше я омывала его и вытирала раны, тем больше отравленной крови из них сочилось. Если бы я закрыла раны, то оставила бы весь гной и яд внутри его тела.

Я посмотрела на Мод. Она забрала у меня лейку душа и продолжила омовение.

Дыхание Арланда замедлилось. Его грудь едва поднималась.

- Не уходите, - сказала Мод. - Держитесь за меня.

Он улыбнулся ей. Когда Арланд улыбался, он будто объявлял войну. Его улыбка была чарующей, полной бодрости и силы. Теперь в ней не было ни того, ни другого.

- Боритесь с ним, - Мод сжала его руку.

- Все кажется таким медленным. - Он поднял дрожащую руку. Мод склонилась к нему, и кончики его пальцев коснулись ее щеки.

- Нет времени, - выдохнул он.

- Боритесь. - В ее голосе звучало отчаяние. - Живите.

Он умирал. Арланд умирал.

Я почувствовала присутствие за дверью. Калдения.

Она постучалась.

Что ей могло понадобиться прямо сейчас? Я набросила полотенце поверх бедер Арланда и открыла дверь. Ее Милость прошла внутрь, держа в руках небольшую деревянную коробку. Она вытянула шею и посмотрела на Арланда.

- Превосходный экземпляр, насколько я помню, еще по твоей чудесной пробежке в саду.

- Я еще не умер, - голос Арланда дрожал. Он попытался зарычать, но у него не хватило на это сил. - Вам не удастся меня съесть.

Калдения возвела глаза к потолку.

- Мой дорогой, я руководствуюсь не одним лишь своим желудком. Сейчас мной движет бескорыстное желание помочь. Надолго его не хватит, поэтому вам стоит воспользоваться им, пока оно не иссякло.

Она открыла коробку и вытащила оттуда маленький шприц с прозрачной жидкостью внутри.

- Что это? - спросила Мод.

- Это вакцина, синтезированная из определенного бактериофага, - сказала Калдения, сдернув со шприца защитный колпачок. - Тот же прокариотический вирус, который наш дорогой Маршал носит в своей крови. - Она повернулась к Арланду. - Я собираюсь вколоть его тебе, если ты, конечно, не хочешь умереть на этом столе за грехи своих предков. Или, в твоем случае, за их нелепую отвагу и абсурдные этические соображения.

Она подняла шприц.

- Нет, - выдавил Арланд.

Калдения посмотрела на меня.

- Он умрет, Дина.

Арланд попытался встать. Все его тело задрожало от усилий. Он рухнул обратно на спину.

- Ты доверяешь ей? - спросила Мод.

- Нет, - призналась я. - У нее не бывает бескорыстных желаний помочь.

- Наконец-то я хоть чему-то тебя научила, - улыбнулась Калдения, обнажая свои нечеловечески острые зубы.

- Но я доверяю ее инстинкту выживания. Без Арланда гостиница более уязвима, а если Дразири смогут прорваться, то перережут всех. Ее Милость не стала бы лететь многие световые годы через галактику, чтобы ее прикончили какие-то пернатые религиозные фанатики.