Он снялся с ветки, надеясь, что вспомнит место, где встретил ее. Летучие мыши Оазиса разлетались в разные стороны, когда он приближался. «Смотрите, это я, знаменитая светящаяся летучая мышь!» Вопреки всему, он улыбнулся.

Когда он увидел ручей, настроение поднялось еще больше. Поверхность воды искрилась в свете звезд, если только это можно назвать звездами. Гриффин слишком хотел пить, чтобы быть осторожным, и, не раздумывая, устремился к ручью, чтобы зачерпнуть воду открытым ртом.

Он взмыл вверх, яростно кашляя. Это была не вода, а какая-то мелкая пыль, которая только притворялась водой.

— Ненавижу это место! — воскликнул он.

Новое опасение закралось в его сердце. Он вспомнил, как мама однажды рассказывала ему, что можно прожить дольше без пищи, чем без воды. Сколько же времени он продержится?

— Присоединяйтесь к нам! Присоединяйтесь к нам! Летите с нами к Дереву!

Гриффин обернулся на голос и увидел группу летучих мышей — может быть, три дюжины, все разных видов, — которые снижались над лесом.

— Присоединяйтесь к нам! — снова крикнула летящая впереди летучая мышь.

Гриффин полетел за ними, держась под прикрытием деревьев.

— Пилигримы… — услышал он бормотание летучих мышей Оазиса. — Пилигримы вернулись…

Предводителем пришельцев была самка-сереброкрыл, очень старая. Шерсть у нее была совсем седая, местами с проплешинами. Во всем теле ощущались дряхлость и немощность — плечи сутулились, суставы на длинных пальцах опухли, вялые, морщинистые крылья покрылись волдырями. Искривленные когти больших пальцев выглядели как вывернутые корни. Однако в ее облике было нечто необычайно привлекательное, а сильный голос требовал внимания. При взгляде на нее Гриффин невольно почувствовал надежду, но тут же вспомнил, какое разочарование испытал при встрече с Короной, которую тоже считал старейшиной.

— Вы не должны оставаться здесь! — выкрикивала предводительница пилигримов. — Это место не есть ваша конечная цель! Летите с нами!

Теперь пилигримы кружились в воздухе, а местные сереброкрылы собрались на верхних ветках и с любопытством смотрели вверх, вполголоса переговариваясь между собой. Приблизиться к пришельцам никто не решался. Гриффин искал Луну, но в толпе ее не было видно.

— Улетайте прочь! — крикнул кто-то, и Гриффин узнал голос Короны. — Вы не нужны здесь!

Другие тоже стали кричать.

— Вы сумасшедшие!

— Убирайтесь!

— Нам хорошо здесь!

— Оставьте нас в покое!

— Улетайте! Улетайте! Улетайте!

Враждебные крики слились в ужасный шум, похожий на воронье карканье, однако Гриффину показалось, что в голосах звучит не только насмешка, но и отчаяние. Крики и вопли заполнили весь лес, но почему-то не могли заглушить голос старейшины пилигримов.

— Вы уже не живые, — кричала она, продолжая кружиться. — Признайте это! Вы — все — мертвы!

У Гриффина замерло дыхание, его затопила волна облегчения. Пилигримы знают! Но почему одни знают, а другие нет?

— Это Подземное Царство, — продолжала самка-сереброкрыл. — Вы все умерли!

— Я прекрасно себя чувствую, спасибо большое! — раздался насмешливый голос с одного из деревьев. Остальные рассмеялись.

— Нам не предназначено оставаться здесь вечно, — настаивала пилигрим, мощь ее голоса не уменьшилась.