Loading...
Изменить размер шрифта - +

– Нехорошо лгать мужу, – уличил меня Макс, – в столице не бывает пустых улиц.

– У меня сегодня день удач, получила в подарок семьдесят две батареи, – засмеялась я.

– Что? – не понял супруг.

Я рассказала ему о том, как снималась в шоу.

– Хочешь сказать, что гора радиаторов поместилась в твою малолитражку? – усомнился Макс.

– Нет, естественно. Слава богу, мне батареи не достались, – весело сказала я. – Телевидение огромный обман, пообещали и не дали. Героиня укатила, никто об обогревателях и не вспомнил.

Макс откашлялся.

– Скажи спасибо, что они оставили радиаторы в студии. Куда б мы их дели?

 

* * *

 

В кабинете заведующей сидела приятная женщина лет пятидесяти. Она назвалась Софьей Борисовной и заметно испугалась, увидев мое рабочее удостоверение.

– Частное детективное агентство? Вас из‑за пропажи комбинезона наняла мать Сережи Колесникова?

– Нет, – успокоила я директрису, – речь идет о Раисе Измайловне Весениной.

– Так она умерла, – еще больше занервничала Софья Борисовна.

– Не откажите в любезности, – попросила я, – ответьте на пару вопросов о своей покойной коллеге.

– Ладно, – протянула Софья, – задавайте.

– У вас в коллективе были случаи кори среди детей или персонала? – начала я.

– Нет, – решительно заявила заведующая, – миновала нас эта напасть. Детки здоровы, сотрудники тоже. Одной Раечке не повезло. Не зря говорят, бог к себе лучших забирает. Весенина была прекрасным педагогом, ее все любили, и коллеги, и родители, и малыши. Всегда приветливая, с улыбкой на лице, позитивная. Можете с любым человеком у нас потолковать, и только хорошее о Раечке услышите. До нее здесь Галина Михайловна Андрюхина царствовала, вот она жаба гадкая, прости господи, за злое слово. Сама воровала и коллектив подобрала соответствующий. А Раечка порядок навела, нечистых на руку выгнала, взяла прекрасных людей. Святой человек была!

Софья Борисовна достала из ящика стола бумажный платок и приложила к глазам. Затем продолжила:

– И почему именно с ней беда приключилась? Жить бы Рае да жить. Семья у нее крепкая, Николай садику спонсорскую помощь оказывал, недавно мы на его средства стеклопакеты поставили. Нам не положена ставка детского психолога, так Весенин на него денег дал. И много еще чего хорошего сделал для учреждения. Я у них дома на сороковинах была, и Коля сказал: «Софа, не беспокойся. Как помогал, так и дальше помогать стану. В память о Раечке останусь вашим благотворителем». Вы знаете, какие у нас детки?

– Маленькие, – улыбнулась я, – еще в школу не ходят.

Софья Борисовна выбросила салфетку в корзинку.

– Садик предназначен для малышей с синдромом Дауна. Таких заведений в Москве немного. Раечка мечтала, чтобы даунят, как в Америке и в Европе, принимали в общие учреждения. Они солнечные, ласковые, милые ребята, и здоровым малышам полезно общаться с теми, кто появился на свет с лишней хромосомой. Это учит сострадательности. Но, к сожалению, пока в России такой практики нет. Рая старалась сделать наш сад вторым домом малышей. У нас тут есть лекторий для родителей, занятия с психологом, кружки, в общем, настоящий семейный центр. Мы мечтаем о собственной школе, Раиса бегала по инстанциям, выбивала участок под строительство. И вот…

Софья Борисовна снова схватилась за упаковку с платками.

Около получаса я слушала рассказы новой заведующей, воспитателей и нянечек, которых она вызвала в свой кабинет. Женщины в один голос твердили: «Случаев кори ни в детском учреждении, ни у кого‑то дома не отмечено; Раиса Измайловна лучшая из лучших, нельзя найти человека, который бы затаил на Весенину зло; она была идеальной, верной и любящей женой, прекрасной, заботливой матерью».

Быстрый переход